Главная » Спецвыпуск » Куда приходят деньги

Куда приходят деньги

Предпочтения компаний — инвесторов в экономику Сибири меняются. Ресурсные отрасли — металлургия и нефтегаз — все еще пользуются у них спросом, однако все большую актуальность приобретают связь и электроэнергетика. Инвестиционно привлекательные сферы экономики стимулируют вложения и в смежные отрасли, в частности, в сферу услуг и транспорт. Однако основная часть инвестиций идет в уже существующие производства, а не в организацию нового бизнеса. Причина — неготовность многих компаний стать объектом вложений, а также страх возможного экономического кризиса со стороны самих инвесторов.

Отрасли-фавориты

Сибирской строительной отрасли предсказывают инвестиционный бум. Фото Аркадия УВАРОВА

Инвестиции в России становятся «длинными» — снижается объем краткосрочных вложений в пользу инвестиций сроком более одного года. Эта же тенденция характерна и для Сибири. Например, объектами краткосрочных инвестиций перестают быть пищевая, машиностроительная и химическая промышленности, а также цветная и черная металлургия. В последние два года они начали притягивать долгосрочные инвестиции. Существенный рост «длинных» вложений наблюдается в электроэнергетике, черной металлургии, производстве стройматериалов, черной металлургии и угольной промышленности.

Лидером по инвестициям в Сибири аналитики финансовых компаний признают добывающую промышленность, конкретно — нефтегазовую отрасль. «Хорошая ценовая конъюнктура и наличие относительно стабильного рынка сбыта, существенные запасы сырья, себестоимость добычи которого пока еще сравнительно низкая, — все эти факторы влияют на привлекательность отрасли и, видимо, в ближайшем будущем будут способствовать сохранению сложившейся тенденции», — говорит специалист по управлению УК «Мономах» Егор Киселев. С этим мнением согласен замгендиректора ИФК «Метрополь» Андрей Руденко: «Порядка 60% всех инвестиций делается в нефтегазовую отрасль. На второе место я бы поставил телекоммуникации (порядка 12%), а далее следует электроэнергетика (примерно 10%)».

Тройка лидеров по инвестициям в Сибири (по данным Госкомстата) — промышленность, связь и транспорт, а в числе отстающих — здравоохранение, ЖКХ и образование (см. диаграмму). В разных регионах картина варьируется. Например, в Алтайском крае вложения в сельское хозяйство почти равны инвестициям в промышленность (1,5 млрд и 1,4 млрд руб. соответственно), а на третьем месте — инвестиции в транспорт (783 млн руб.). Последняя отрасль наибольшей популярностью пользуется в Читинской области: здесь транспорт — номер один по объему вложений (2,5 млрд руб.). По объему инвестиций в АПК не намного отстает от Алтайского края Новосибирская область (1,3 млрд руб.); а кроме того, здесь сравнительно высок уровень вложений в транспорт и жилищное хозяйство (2,1 и 1 млрд руб. соответственно).

Лидеры по объему инвестиций — ресурсные регионы — Кузбасс и Красноярский край. Последний опережает другие регионы Сибири по инвестициям в промышленность и транспорт — 15,2 млрд и 2,7 млрд руб. соответственно. Среди секторов промышленности Кузбасса традиционный фаворит — угледобывающая отрасль. «Сейчас уже необходимо не просто добывать уголь, но и доставлять его потребителю с как можно более высокими потребительскими качествами, — отмечает доцент кафедры экономической теории Кемеровского филиала Российского государственного торгово-экономического университета Виктор Иванов. — Для этого нужны сортировочные установки, производства по обогащению — чтобы уголь обладал высокими характеристиками и имел более высокую стоимость».

Золото притягивает и «короткие», и «длинные» инвестиции. На фото — гендиректор аффинажного завода (Новосибирск) Геннадий Гордеев. Фото Аркадия УВАРОВА

Специалисты подчеркивают, что инвестиционный рост в одном секторе экономики влечет за собой развитие других сфер — в частности, услуг и финансов, доходность от долгосрочных вложений в которые поднимается до 100% (тогда как в ряде отраслей промышленности доходность редко превышает 30%). «Есть такое понятие «точка роста», — отмечает начальник отдела инвестиций администрации Кемеровской области Игорь Коробецкий. — Как шутят экономисты, любой бизнес начинается с трех «б» — банк, биржа, бордель: финансовые институты, рынок ценных бумаг и сервис соответственно. То есть если в регионе растет деловая активность, то увеличивается и потребность в услугах, например, транспорт, финансы или туризм».

Гендиректор Сибирской лизинговой компании Дмитрий Малахов приводит другой пример всплеска инвестиций в смежном секторе: «В текущем году рост ряда отраслей промышленности, в частности, пищевой и легкой, стимулировал вложения в полиграфию. Как известно, производимая продукция требует качественной упаковки — отсюда интерес производителей к инвестициям такого рода».

Инвестиционную привлекательность Сибири во многом формирует Китай с его большими потребностями. «В ближайшие два года сохранится тенденция активных инвестиций в переоснащение угольных компаний. Одна из причин вложений в эту сферу — увеличение спроса на уголь со стороны Китая», — отмечает Дмитрий Малахов. Аналогичная ситуация и в металлургии. Сегодня Китай — крупный заказчик металлургов, однако стратегически он ориентирован на скорейшее развитие собственных металлургических предприятий.

Китай диктует спрос инвесторов и на химпром. «Несколько лет назад ряд химических предприятий пережил кризис и теперь активно наращивают производство, вкладываясь в качество, — отмечает Вячеслав Лугинин («БКС Консалтинг»). — Теперь Китай даже вынужден поднимать пошлины, чтобы защититься от ввоза продукции химпрома, в частности, кузбасского азота».

По мнению Виктора Иванова из Кемеровского филиала Российского государственного торгово-экономического университета, без стратегических вложений в улучшение качества сибирские производители могут утратить ряд ключевых рынков, к которым, в частности, относится металлургия. В качестве примера он вспоминает ситуацию, сложившуюся несколько лет назад, когда японские производители «заблокировали» российским рынок железнодорожных рельсов. «Покупали у них, а не у нас, потому что у японцев качество было выше, — говорит Виктор Иванов. — В итоге (не без усилий губернатора) специалисты осуществили прорыв в технологии сталеварения, и новая кузбасская сталь для производства рельсов стала не хуже японской. МПС стало заключать договоры с нашими металлургами, а не с японцами на поставку термоустойчивых рельсов».

Они будут перспективными

«Если лидерами 2003 года по объему привлеченных инвестиций были региональные телекоммуникационные и металлургические компании, то в текущем году популярностью у инвесторов пользуются компании мобильной связи, электроэнергетики, металлургии и топливного сектора», — отмечает аналитик по стратегии ИГ «Атон» Алекс Канторович.

В компании «Мономах» подчеркивают, что и региональные «телекомы», входящие в «Связьинвест», имеют долгосрочную инвестиционную привлекательность. «Это связано как с грядущей приватизацией «Связьинвеста», так и с происходящим в настоящее время глобальным процессом конвергенции компьютерной и телекоммуникационной отраслей», — говорит председатель инвестиционного комитета компании Юрий Бовкун.

Сибирский инвестиционный рынок в будущем, скорее всего, ожидает мощный приток денег в строительство. Особенно специалисты выделяют строительство офисов и торговых центров. «Эта тенденция отчетливо видна в Москве и, вероятно, скоро проявится в регионах, — отмечает Андрей Руденко (ИФК «Метрополь»). — Темпы роста строительства сумасшедшие уже сейчас, и возрастут еще больше с развитием ипотеки».

Впрочем, аналитики сходятся во мнении, что для строительного бума необходимо создание инвестиционных фондов и специализированных институтов, которые могли бы активно вкладываться в строительство. Дело в том, что нынешние участники строительного рынка не являются полноценными корпорациями. И тот, кто первый сможет без помощи банков организовать такую работу, займет в Сибири свободную нишу.

В числе незанятых сфер — переработка твердых отходов. Сохраняет перспективность и лесопромышленность: «Чем более глубокая будет переработка, тем более эффективной будет эта отрасль. Понятно, что будут развиваться инфраструктурные проекты — начиная от дорог, недвижимости и заканчивая торговыми центрами и сферой услуг», — отмечает председатель правления и гендиректор ОАО «Русские инвесторы» Александр Яшечкин.

Андрей Руденко отмечает растущую популярность у инвесторов производства товаров народного потребления. Впрочем, в ИГ «Атон» подчеркивают, что экспорт ТНП — пока зона риска для инвесторов, так как существует вероятность ценовой коррекции.

Среди портфельных инвестиций зоной риска называют акции энергетических компаний: в частности, «Иркутскэнерго» и «Красноярскэнерго». «Это связано с реформированием энергетической отрасли, что может существенно сказаться на рыночной стоимости этих предприятий, — отмечает специалист по управлению УК «Мономах» Егор Киселев. — Не ясны перспективы использования генерирующих мощностей этих компаний основными акционерами после реформирования». Господин Киселев не исключает, что предприятия, являющиеся крупными потребителями энергии, генерируемой «Иркутскэнерго» и «Красноярскэнерго», установив контроль над генерирующими активами, будут использовать их как источник дешевой энергии. Впрочем, он признает, что потенциальная доходность этих компаний высока, так как продолжение стратегической скупки может существенно повысить курс акций этих компаний.

Много инвесторов — мало проектов

Компании-инвесторы, как правило, делят свои вложения на профильные и непрофильные. «К профильным и стратегическим инвестициям можно отнести то, что компаниям близко и знакомо. Поиск непрофильных сфер вложений нередко осуществляется по принципу «между страхом и жадностью», — отмечает Андрей Руденко («Метрополь»).

«В Сибири, как и в России в целом, последние несколько лет непрофильные инвестиции активно направляются в электроэнергетику, — говорит Егор Киселев. — Так, ГМК «Норильский никель» собрал большой пакет акций «Красноярскэнерго» (более 20% уставного капитала), а «Русал» и СУАЛ получили существенную долю в «Иркутскэнерго». Это связано с грядущей реформой этой отрасли, поэтому уже на начальном этапе крупные потребители стараются установить контроль над генерирующими активами, которые поставляют электроэнергию для их производственных нужд».

В непрофильных инвестициях, как и в стратегических, тон задают крупные финансово-промышленные группы, хотя далеко не для каждой компании это актуально. «За счет производства других металлов мы уменьшаем риск зависимости от цены на никель», — отметил начальник управления рыночных рисков «Норильского никеля» Михаил Туренко на апрельском бизнес-форуме «Финансовый директор» в Москве. Он добавил, что в процессе диверсификации ставка делается на золото: «Рынок этого металла более стабилен, чем рынок никеля».

Интерес к золоту как к объекту «побочных» вложений существует не только у «Норникеля». «Сегодня драгоценные металлы, особенно золото, — привлекательная сфера для инвестиций — как краткосрочных, так и «длинных», — считает начальник управления по работе с клиентами Банка проектного финансирования (Москва) Валерий Лебедев.

Впрочем, тенденция диверсификации среди сибирских региональных компаний не слишком распространена. «Современная тенденция такова, что развитие предприятий происходит в большинстве случаев в рамках основного профиля деятельности — идет интеграция с отчуждением от непрофильных активов, — говорит Дмитрий Малахов из СЛК. — Это может быть связано с объективными причинами, но нередко такой шаг — следствие слабости менеджерской команды». Между тем, по словам Игоря Коробецкого из администрации Кемеровской области, «бизнес при своем рождении должен сразу начинать диверсифицироваться, то есть выходить на соседние сегменты».

Аналитики финансового рынка подчеркивают недостаточную развитость инвестиционной деятельности как в России, так и в Сибири. «Активность поиска и разработки инвестпроектов очень слаба: многие компании держат деньги при себе в ожидании кризиса, а он опять не приходит, — отмечает Вячеслав Лугинин («БКС Консалтинг»). — Осуществляются переделы уже поделенных активов, поскольку есть готовность вкладываться в уже существующие производства, но мало кто хочет строить новые».

В компании AIG-Brunswick Capital Management подчеркивают, что одной из главных проблем является неготовность российской экономики к приему прямых инвестиций в больших объемах. «Основных причин здесь две, — говорит директор компании Иван Родионов. — Во-первых, отсутствие проектов, которые уже вышли на определенный уровень развития и имеют перспективы роста. Во-вторых, неготовность и даже боязнь российских предпринимателей работать с прямыми инвесторами. Это, в частности, связано с тем, что нередко модель бизнеса большинства средних компаний ориентируется на cash, а не на рост рыночной стоимости и ее реализацию через рынок».

Наталия БАРСУКОВА, |Александр ПОПОВ| |Ольга ГУЛИК, Кемерово


Comments are closed.

Так же в номере