Главная » ИТ » Время конструктивного диалога или клубок противоречий?

Время конструктивного диалога или клубок противоречий?

Рынок интернет-провайдеров Новосибирска отличают достаточно высокий уровень конкуренции и большое число участников, вследствие чего любые случаи роста себестоимости услуг влекут к изменению расстановки сил. Неудивительно, что все чаще за последние годы можно слышать прогнозы о том, что на рынке останется только 5–6 крупных операторов, а остальные участники будут вынуждены его покинуть. Впрочем, телекоммуникационные операторы всех уровней в последнее время чаще заявляют общественности о накопившихся проблемах.

Небольших провайдеров беспокоит очень высокая в сравнении со средним уровнем по России стоимость аренды столбов, на которых размещены кабели. Это вынуждает их объединяться в ассоциацию, кооперироваться между собой, чтобы выжить на рынке, не повышая тарифы для своих абонентов. При этом экономические предпосылки такого тарифообразования остаются непрозрачными для мелких провайдеров. Альтернативой для них выступает прокладка кабелей по канализации, права на которую принадлежат «Ростелекому» (ранее — «Сибирьтелекому»).

Раньше этот оператор не пускал конкурентов в «подземелье», вследствие чего отдельные провайдеры пытались решать этот вопрос через УФАС и суды. Иногда им это даже частично удавалось, как, например, компании «Авантел». Сейчас же ситуация изменилась в лучшую сторону, однако действительно ли эта альтернатива жизнеспособна, не все операторы пока уверены.

В свою очередь средние и крупные провайдеры озабочены совершенно неконтролируемыми ценниками, утверждаемыми управляющими компаниям и ТСЖ за «вход» в тот или иной дом. Учитывая, что отношения между ТСЖ, УК и провайдерами законодательно не урегулированы, ситуация, безусловно, отражается на взаимодействии сторон и дает ТСЖ и УК чуть ли не безграничные полномочия. Провайдеру остается либо безоговорочно согласиться на выдвигаемые ему требования, либо просто не заходить в такой дом. Понятно, что дальнейший рост тарифов на аренду не может не отразиться на финансовом положении провайдеров, а следовательно, по цепочке и на абонентах.

Помимо этих проблем, интернет-провайдеры просто сталкиваются с недобросовестной конкуренцией на рынке. Резать кабели, портить чужую инфраструктуру, наносить вред оборудованию по-прежнему является распространенным «конкурентным» явлением. Более того, в прошлом году даже был зарегистрирован случай, когда сотрудники одного из томских провайдеров собственноручно резали кабели конкурирующего оператора — «ЭР-Телекома». Вопросы, способен ли рынок наконец перейти к стадии цивилизованной конкуренции и что сможет заставить провайдеров действовать в рамках закона и этики, остаются открытыми.

Наконец, в условиях жесткой и агрессивной конкуренции за абонента, операторам важно не только заполучить новых клиентов, но и удержать текущих, которые могут легко переметнуться к ближайшим конкурентам по самым разным причинам. Обычные меры вроде программ лояльности или интересных тарифов не всегда работают, и провайдерам приходится изобретать свои меры, которые помогли бы им удержать абонента и убедить его в том, что только оставаясь его клиентом, он сможет максимально эффективно удовлетворить свои потребности.

Эти ключевые темы редакция «КС» решила затронуть в рамках собственного круглого стола, который вызвал нешуточный ажиотаж среди провайдеров самого разного уровня. В результате в круглом столе приняли активное участие топ-менеджеры 12 организаций, среди которых как крупнейшие провайдеры Новосибирска сегмента B2C («ЭР-Телеком», «Сибирские Сети»), так и не столь большие операторы («Мегаком», «Стартелеком», «Айпистрим.ру»). Кроме того, в круглом столе поучаствовали крупные B2B-провайдеры («Ростелеком», «Авантел», «Энфорта»), представители «большой тройки» («Вымпелком», «МегаФон»), а также ассоциация операторов связи и МКП «Горэлектротранспорт», на столбах которого и размещают свои кабели провайдеры.

Участники круглого стола

— Заместитель директора — Коммерческий директор Новосибирского филиала ОАО «Ростелеком» Виталий Лапицкий

— Директор филиала ЗАО «ЭР-Телеком Холдинг» в Новосибирске Станислав Дариенко

— Директор Новосибирского филиала и Технический директор УК «Сибирские Сети» Александр Шиляев

— Председатель Ассоциации операторов связи Александр Булатов

— Руководитель коммерческого отдела МКП «Горэлектротранспорт» Анатолий Гончарук

— Гендиректор компании «Мегаком» Эдуард Швец

— Коммерческий директор «Стартелеком-Новосибирск» Валерий Остриков

— Директор Новосибирского филиала компании «Авантел» Сергей Бойко

— Коммерческий директор Сибирского филиала компании «Энфорта» Александр Родионов

— Старший менеджер по маркетингу массового рынка продуктов интернет доступа и услуг фиксированной связи Сибирского региона ОАО «Вымпелком» Виталий Коробко

— Руководитель департамента по работе с операторами Сибирского филиала ОАО «МегаФон» Александр Перепелица

— Заместитель директора «Айпистрим.ру» Денис Катуров

Высокие тарифы на аренду столбов: проблема провайдеров или властей?

— В прошлом году ряд небольших провайдеров, включая «Стартелеком-Новосибирск» в лице ее гендиректора Михаила Куницына, активно поднимали вопрос стоимости аренды столбов для размещения кабелей широкополосного доступа в Интернет в Новосибирске, считая, что она необоснованно высока. Михаил Куницын отмечал, что такая ситуация приведет к «переделу рынка» и полному уходу с него мелких провайдеров.

В связи с этим хотелось бы узнать, насколько критична для интернет-провайдеров стоимость аренды столбов в Новосибирске и почему в столице Сибири этот показатель выше, чем в соседних регионах? Идут ли муниципальные органы власти на диалог с телекоммуникационными операторами по снижению этой цены и узакониванию уже проведенных кабелей?

Александр Булатов: — Вопрос оплаты за аренду опор был одной из первых серьезных проблем, возникших перед нашей ассоциацией. Не секрет, что на сегодняшний день операторы, которые имеют договорные отношения с «Горэлектротранспортом» (ГЭТ) и «Горсветом», на себе почувствовали тяжесть арендных платежей. Может быть, крупные операторы не так сильно это испытали, но на мелких провайдерах это отразилось существенно.

Для общения с госструктурами у нас проходило совместное совещание, на котором мы пытались построить диалог в вопросах ценообразования и дальнейшего взаимодействия. От имени ассоциации мы запросили «расклад цен» по формированию тарифов по аренде столбов. Нам сказали, что тарифы утверждаются в соответствующем департаменте. Мы не получили ответа на вопрос, почему в Новосибирске эти тарифы одни из самых высоких в России.

Наше собственное исследование показало, что цена за опору или место креплений (по-разному трактуется в документах) превышает средний уровень цен по России в 2,5 раза. Мы обратились с письмом в областной департамент информатизации с целью разобраться в этом вопросе. Две недели назад прошло совещание, после чего родилось обращение к мэру. В итоге в ближайшее время в мэрии планируется проведение круглого стола, где они попытаются объяснить, из чего складываются эти тарифы.

Со своей стороны члены ассоциации приняли решение объединяться и вместе прокладывать линии, чтобы уходить от случая оплаты за столб каждым из операторов. Собственно, такие шаги по минимизации затрат практически уже делаются. Конечно, это не самый лучший вариант, поскольку он представляет собой дополнительные затраты на перенос кабелей и линий, но приходится идти на него.

— Прежде чем передать слово Анатолию Гончаруку, представляющему ГЭТ — организацию, которой вы платите за аренду столбов, я бы хотел попросить находящихся здесь представителей крупных провайдеров, чтобы они пояснили, насколько для них актуален этот вопрос.

Александр Шиляев: — Я не стал бы делить провайдеров на больших и мелких. Если брать отношение выручки к протяженности сети в километрах, то, наверное, для всех операторов эта цифра более или менее одинакова. Но, конечно, для нас этот вопрос тоже актуален. Если в Бердске мы платим по 100–150 руб. за аренду столбов, то в Новосибирске — около 500 руб. Естественно, в такой ситуации мы начинаем искать другие пути развития, например, прокладывать оптику с крыши на крышу, то есть «идти по домам». При этом хочу отметить, что тарифы формирует администрация, и при всем уважении ГЭТ может мало влиять на эту ситуацию.

— Анатолий Алексеевич, что вы можете возразить на обвинения провайдеров в необоснованности высоких тарифов на аренду столбов?

Анатолий Гончарук: — Из всех выступлений видно, что действительно сформировалась проблема, однако на самом деле, анализируя события, можно сказать, что такой проблемы не существует. Наблюдается проблема неплатежей отдельных провайдеров, но никак не развития Интернета. Да, можно сказать, что в Новосибирске имеют место высокие тарифы, но вопрос в том, с чем мы их сравниваем. Александр Родионов из «Энфорты» не даст соврать — в соседнем Кемерове вообще на опорах нет кабелей. Получить там Интернет скоростью 8 МБ/с — это счастье, и все потому, что так решило городское начальство.

В 2011 году уровень проникновения Интернета в СФО вырос сразу на 30%. Очевидно, что высокие тарифы не сдерживают его развитие. Средняя стоимость доступа в Интернет в Новосибирске сейчас составляет 401 руб. в месяц. В соседнем Бердске стоимость аренды столбов в четыре раза меньше, но Интернет там отнюдь не в четыре раза дешевле, а даже чуть дороже, чем в Новосибирске. В таком случае почему же возникает этот вопрос? Объяснение достаточно простое. Раньше в Новосибирске было порядка 60% незаконно размещенных кабелей. В такой ситуации выгодно прокладывать сеть, даже если там есть всего лишь один клиент, готовый платить за интернет 590 руб. в месяц. Но как только провайдер оказался должен заплатить деньги за аренду столбов, то возникла необходимость оценивать коммерческую целесообразность прокладки оптоволоконной связи. Это нормальный процесс, и я считаю, что именно в нем и заключается причина того, что по 3–4 провайдера «уходят» в 1 кабель, а отнюдь не в том, что ставка аренды столбов неподъемна.

Поэтому вся работа ассоциации, на мой взгляд, направлена на то, чтобы воздействовать на общественное мнение в контексте того, что ГЭТ своими действиями отключает жителям Новосибирска Интернет, причем чуть ли не с завтрашнего дня. Формируется мнение, что для конечного пользователя Интернет будет стоить дешевле при уменьшении стоимости аренды столбов, но я знаю, что этого не будет, причем даже не в масштабе Новосибирска, а всей страны. В Таиланде Интернет не дешевле российского, хотя на опорах висят клубки кабелей.

Также хочу подчеркнуть, что ГЭТ — хозяйствующий субъект, являющийся коммерческой организацией. Обращения ассоциации были трижды проверены прокуратурой города и области, городским и отраслевым департаментом связи, проведена ревизия хозяйственной деятельности. И результатом этих проверок было то, что мы наоборот, недобираем, то есть нас «бьют по шапке» за то, что в Новосибирске все еще есть нелегальные кабели.

Я ответственно заявляю, что из 37 операторов, с которыми у нас есть договорные отношения, ни один их не выполняет. На сегодняшний день мы рассылаем уведомления и расторгаем договоры аренды. За свою деятельность мы никогда не трогали легитимные кабели, зарегистрированные в соответствии с Гражданским кодексом и нормами российского законодательства. Мы только разбираемся с самонавесом. Понятно, что Новосибирск — большой город, и около каждого столба не поставишь милиционера. Но мы часто обнаруживаем, что за ночь в том или ином месте появляется незаконный кабель. Более того, те, кто его монтируют, работают с нарушениями безопасности, без соблюдения техусловий. На наш взгляд, на опорах должны работать только те, кто успешно пройдет у нас обучение. Таким образом, у нас есть обоюдное желание навести порядок. Никто не призывает платить провайдеров деньги за воздух, но и не платить тоже ведь нельзя.

Поэтому в целом я предлагаю изменить проблематику и говорить о проблеме неплатежей. На рынке интернет-провайдеров есть честные игроки, среди которых присутствующие здесь «Ростелеком» или «ЭР-Телеком», но есть и те, кто имеет задолженность более миллиона рублей. Если мы взяли с поличным кого-то из провайдеров — будьте добры, платите деньги за три года. А вот поднимать вопрос высоких тарифов и упорно не оплачивать счета — это позиция операторов связи. Если я как конечный потребитель не заплачу своему провайдеру деньги за Интернет, меня отключат. Но я же при этом не призываю оператора связи показать, как формируются тарифы, какая у него инвестиционная программа, и почему именно такая, и не требую, чтобы он мне предоставлял Интернет по 100 руб. Нет, все решается банально: я не заплатил — меня отключили.

Денис Катуров: — Давайте смоделируем ситуацию. Длина Красного проспекта приблизительно 10 км. Столбы стоят с частотой от 30 до 50 м. При этом я должен платить 450 руб. за точку подвеса для каждого из столбов. Давайте теперь вместе посчитаем, во сколько это мне обойдется.

Анатолий Гончарук: — Я и не считал. Мы можем заложить в тариф оплату услуги штата счетоводов, но цена ведь от этого только вырастет. Если вы садитесь в такси, то вы же не спрашиваете, сколько водитель платил за техосмотр. Вы только спрашиваете, за сколько он вас довезет.

Денис Катуров: — Тарифный план у оператора предусматривает оплату в среднем 390 руб. в месяц. Из них 370 рублей я отдаю вышестоящему провайдеру и всем вам. 20 руб. — вот мой доход. А еще я должен поделиться со всеми ЖЭУ, которые требуют с меня 1500 руб. в месяц за каждый подключенный дом. Давайте я буду платить всем, кто хочет, а вы мне будете 1500 руб. возмещать…

Александр Булатов: — Мы обращались к операторам, имеющим договорные отношения с ГЭТ и «Горсветом» в других городах. Цена на аренду там колеблется в размере от 112 до 227 руб.

Анатолий Гончарук: — Вы завязываете разговор на тарифах, это неправильно…

Денис Катуров: — А вы скажите, сколько сейчас операторов связи арендуют столбы на Красном проспекте?

Анатолий Гончарук: — Семь-восемь.

Александр Булатов: — Помножим это на 450 руб. Дорогие мои, получается, что столб у нас просто золотой. А вот теперь интересно, сколько он при этом обходится в эксплуатации?

Анатолий Гончарук: — У нас есть линии, где столбы с 1936 года ни разу не менялись. Некоторые из них наклонились настолько, что до конца не ясно, что с ними делать. Любая замена столба стоит денег. Когда нам надо было поменять опору на площади Ленина, под которой находится станция метро, с нас запросили за инженерные изыскания 600 тысяч руб. И это только для того, чтобы получить техническое заключение о том, что опору можно поменять.

Денис Катуров: — Давайте рассуждать от противного. Содержание столба стоит денег, у него есть регламентный срок эксплуатации и техническая нагрузка. Любой оператор представляет, какой у него кабель исходя из заводских данных. Давайте посчитаем, сколько кабелей может быть на каждом столбе. Вот и получатся техусловия, и ценник — понятный и адекватный. И вы при этом будете спокойно «на халяву» получать доходы.

Сейчас же, как мы посчитали с коллегами, ценник на аренду столбов завышен в три раза. За 30 лет мы всемером с другими провайдерами оплачиваем его стоимость три раза!

Александр Родионов: — А на мой взгляд, коллеги из ГЭТ все правильно делают. У них есть столбы, они их эксплуатируют и строят на этом свой бизнес. Возможно, не мое дело рассуждать про столбы, так как у нас все иначе работает. Но у вас есть конкретный ценник на аренду. Хотите — становитесь на столбы, не хотите — есть миллиард других вариантов.

Денис Катуров: — Каких?

Александр Родионов: — Это беспредметный разговор. Вы и так навалились на уважаемого коллегу. А между прочим, у ГЭТ есть четко рассчитанная смета и все необходимые документы. Если вы с этим не согласны, оспорьте это в суде.

Денис Катуров: — Александр Павлович, у вас есть бизнес, это здорово и замечательно. Но в тариф по аренде столбов входит, к примеру, содержание подъемника…

Александр Родионов: — А вы как хотите?

Денис Катуров: — А почему я должен это оплачивать?

Анатолий Гончарук: — Я как абонент тоже обслуживаю ваш сервис деньгами. Вы получаете прибыль с доходов, которые вам приносит абонент, и инвестируете ее в сервисы. Чем эта ситуация отличается от нашей? И потом, нужно понимать, что опоры же будут стоять всегда, даже с одним контактным проводом. Если на опоры контактной линии надо еще что-то повесить, то увеличивается износ, и растут расходы.

Денис Катуров: — Вспомним физику. У кабеля есть тепловое решение. Летом он нагревается и провисает, а зимой замерзает и натягивается.

Анатолий Гончарук: — Вам не требуется перевешивать кабель, нужно лишь правильно маркировать и натянуть.

Александр Булатов: — Вот только при этом технические условия были придуманы два года назад, а подвешивать кабель начали еще в 2006 году.

Денис Катуров: — Покажите мне хотя бы одну улицу в Новосибирске, где параллельно были бы столбы и ГЭТ, и «Горсвета», чтобы была хоть какая-то альтернатива!

Анатолий Гончарук: — Вначале у МТС и «Билайна» были свои отдельные вышки, а потом они стали договариваться и ставить совместно ретрансляторы на одну вышку. Попробуйте экономить на кооперации. Повторюсь, проблемы высоких тарифов не существует. Мы с 2010 года ни разу их не поднимали.

Александр Булатов: — Вы неточно говорите. Что было изначально указано в договоре? Столб, опора. Потом вы переиграли и начали отталкиваться от точки подвеса.

Анатолий Гончарук: — А вы спросите, почему мы так поступили? Потому что суд обязал по вашей же инициативе.

Александр Булатов: — А цена при этом почему не изменилась? Тариф же был рассчитан на столб, а не на опору. Почему с вашей стороны берется та же стоимость за каждую точку опоры?

Прокладка кабелей по канализации: жизнеспособная альтернатива или тупиковый путь?

— Уважаемые коллеги, вы достаточно четко обрисовали свои позиции, и, думаю, они понятны участникам круглого стола. Давайте обратимся к потенциальным альтернативам размещения кабелей на опорах. Одним из таких вариантов является прокладка кабелей по канализации, права на которую принадлежат «Ростелекому». После процедуры объединения этой компании ее представители говорили, что будут пускать провайдеров в канализацию. То есть операторам не придется, как присутствующему здесь «Авантелу», обращаться в УФАС и в суды для того, чтобы «зайти» в тот или иной бизнес-центр. Решился ли вопрос по возможности прокладывания кабелей по канализации после объединения «Ростелекома»? Насколько конструктивно сейчас строится диалог с «Ростелекомом» в этом отношении?

Александр Булатов: — Действительно, альтернативным вариантом решения вопроса является предложение «Ростелекома» перейти в канализацию. Однако пока такая возможность есть только по Красному проспекту и Советской. Кроме того, там возникают проблемы перехода с воздушной линии в канализацию и потом обратного выхода на объекты, на которые у нас заведен кабель с опор. Поэтому пока нельзя сказать, что мы примем решение о выходе туда.

Еще одним вариантом было предложение получить техусловия на прокладку «вскладчину» собственной канализации, но департамент по информатизации не очень идет на такой шаг. Это технически сложно, и вообще это решение не одного дня, так как связано с вопросами землеотвода.

Виталий Лапицкий: — Сейчас вопрос о доступе в канализацию находится в компетенции корпоративного центра. Что касается конкретно Новосибирского филиала, то тут все очень просто. Во-первых, если вы посмотрите линии связи, подвешенные на столбах, то они чисто физически в канализацию не поместятся. Для решения данного вопроса мы специально освободили направления по Красному проспекту и Советской и предложили сдать в аренду этот ресурс. Условие заключалось лишь в том, что мы пустим операторов по одному крупному кабелю или, иными словами, на сколько позволит ресурс.

Во-вторых, одними из причин, по которым мы в свое время очень тщательно рассматривали каждый запрос о предоставлении канализации, являлись соблюдение интересов нашей абонентской базы и различные тарифы на данную услугу в регионах. Сейчас, после объединения, ситуация меняется, и мы готовы индивидуально обсуждать возникающие вопросы. По тарифам, думаю, вопрос будет урегулирован в течение года.

Александр Булатов: — Но если вы действительно все это реализуете и положите вдоль Красного проспекта крупный кабель, почему вам самим не предоставить Интернет? Зачем пускать туда конкурентов?

Виталий Лапицкий: — Если есть ресурс, почему не сдавать в аренду?

Анатолий Гончарук: — Если у вас корабль, а у всех остальных лодки, логично воспользоваться этим преимуществом…

Валерий Остриков: — Так вот в этом и состоит конкуренция. У вас же нет вариантов, к какому поставщику воды и света подключаться. Но при этом вы можете выбрать своего провайдера как минимум из нескольких, и именно поэтому в силу такой конкуренции цены на услуги связи падают.

Анатолий Гончарук: — В энергетике для получения тепла хотя бы нужно сжечь ресурсы. А в области связи возникает вопрос, за что берутся деньги.

Денис Катуров: — Хотелось бы уточнить у «Ростелекома», как вы будете обеспечивать выход у каждого дома? Мне как оператору нужно подключить те или иные дома. Можно использовать вашу канализацию, чтобы «ходить» с крыши на крышу? У вас есть такая канализация?

Виталий Лапицкий: — Есть стандартные выходы из канализации в определенных местах, а ставить колодец около каждого дома нерентабельно. Для магистральных направлений канализация удобна. Мы так же, как и другие операторы, проходим сложные этапы согласования и взаимодействия с ТСЖ. Дополнительно хотелось бы отметить, что «Ростелеком» — не единственный держатель ресурсов канализации в городе, есть и другие. Канализация — это дорогой и трудновосполнимый ресурс. Давайте совместно реализовывать развитие этого ресурса, примите участие в инвестировании строительства.

Анатолий Гончарук: — Коллеги, говоря про упорное желание проникнуть в канализацию, не стоит забывать, что вообще-то Министерство связи СССР строило ее совсем не для прокладки кабелей, а для других целей, в частности, для правительственной связи.

Эдуард Швец: — Коллеги, чтобы как-то резюмировать нашу дискуссию, хотел отметить, что на самом деле альтернатив аренде опор не так много. Действительно, сейчас стало возможно прокладывать кабель по канализации, но на протяжении многих лет этого нельзя было сделать. Именно поэтому для решения этого вопроса тот же «Авантел» обращался в УФАС. В связи с этим операторы были вынуждены «вешаться» и размещать свои кабели на опорах, и это были согласованные действия. Однако при этом тарифы растут постоянно, примерно на 12–15% в год. Я еще помню, когда ценник составлял чуть более 300 руб., а сейчас он уже практически достиг 500 руб. При этом средний доход с абонента (ARPU) на рынке падает, хотя многим и кажется, что мы получаем его из воздуха. Тем самым речь идет не об уменьшении затрат на обслуживание и о получении дополнительной прибыли, а о выживании с учетом прихода федеральных операторов, ведущих агрессивную маркетинговую и тарифную политику.

При этом даже сейчас возможность предоставлять свои ресурсы у «Ростелекома» ограничена. В домах их нет, нужно выходить в канализацию, идти сначала на опору, потом в здание, пересогласовать, получать новые техусловия. Если говорить о Красном проспекте, то при всем желании туда все не войдут. А если «Ростелеком» построит отдельный канал и сдаст в аренду, то это все равно будет нарушение конкурентных прав.

И в свете тех проблем, которые озвучены, мы встали перед достаточно серьезным вопросом, решение которого идет со скрипом. Нас не могли услышать в течение многих месяцев. Пикироваться с ГЭТ не вижу смысла, поскольку вряд ли они смогут что-то сделать, ведь есть утвержденные тарифы и правила, по которым они играют. Позицию друг друга мы понимаем. Поэтому проблема находится на уровне муниципалитета.

Александр Перепелица: — Такие вопросы лучше всего решать не поодиночке, а через ассоциацию.

Рост аппетитов ТСЖ и УК

— Еще один злободневный вопрос, который поднимал ряд провайдеров, — повышение стоимости аренды оборудования в подъездах. Хотелось бы понять, насколько конструктивно строятся отношения телекоммуникационных операторов с ТСЖ и УК? Удается ли достичь консенсуса, устраивающего обе стороны? Какие меры могут способствовать решению вопроса? Например, в соседнем Томске провайдеры уже объединились в ассоциацию. Насколько такой вариант возможен в Новосибирске? Какие меры могли бы помочь в решении этого вопроса?

Станислав Дариенко: — В этом вопросе наблюдаются схожие проблемы с теми, которые мы только что обсудили. Все, что не регламентировано и не прописано в качестве единого требования, обязательно трактуется в ущерб противной стороне. То есть если правила не определены, то это, безусловно, отражается на взаимодействии с УК и дает безграничные полномочия ТСЖ. Поэтому мы часто сталкиваемся со случаями шантажа, необоснованно завышенных тарифов, особенно когда компании благодаря конкурентам или собственной смышлености узнают, что они находятся в ключевой точке для какого-то оператора. Тогда стоимость аренды там автоматически вырастает до небесных высот. В этой ситуации непонятно, на кого грешить, но мы вынуждены идти на это. Позиция здесь достаточно простая — есть два хозяйствующих субъекта, которым нужно договориться.

Конечно, крупным провайдерам немного проще. Федеральный оператор может компенсировать высокие ценники одних районов невысокими расценками других районов, других УК. Небольшим провайдерам тяжелее работать, так как у них затраты на УК, оплату подвесов составляют значительную часть в себестоимости. При этом данным компаниям вдвойне тяжелее работать, так как закупка трафика у них происходит по более высоким расценкам, соответственно, маржа у них сокращается. Однако что касается федеральных компаний, не стоит забывать, что у них тоже есть акционеры, которые умеют считать прибыль. Поэтому руководители крупных компаний, бесспорно, на себе ощутят любые дополнительные затраты.

Со стороны крупного провайдера я, конечно, мог бы порадоваться, что таким образом ТСЖ и УК «нагибают» более мелких конкурентов. Но на самом деле мы как раз заинтересованы в прозрачности условий конкуренции. Существовала замечательная европейская практика, когда повышение тарифов привязывалось к инвестиционным программам, которые операторы бы могли отслеживать. Например, в случае модернизации опор освещения мы бы могли понимать, что мы своими платежами участвуем в этом процессе. Но, к сожалению, получается так, что операторы не делятся структурой своих издержек между собой. Поэтому в этой ситуации я могу еще раз подтвердить, что единого регламента и правил нет.

— То есть вы либо соглашаетесь на выдвигаемые вам условия, либо просто не входите в этот дом?

Станислав Дариенко: — Да, мы практически всегда договаривались и будем договариваться с УК. В противном случае просто не заходим в этот дом.

Александр Шиляев: — Опять же, если рассматривать администрацию, то нет даже базовых рекомендаций к УК. Я еще могу как-то понять, что их нет по ТСЖ, но к УК-то их давно могли сделать.

Эдуард Швец: — Что касается ТСЖ, то там тарифы растут высокими темпами. У меня есть дома, за которые я плачу 5000 руб. в месяц. При этом в договоре прописано увеличение до 10–15 тысяч руб., и на практике это осуществляется. Это неподъемные и неадекватные деньги, но они приняты собранием жильцов. Для нас эти суммы очень весомы, так как на рынке наблюдается жесткая конкуренция. Падает доход с одного абонента, и нам приходится предпринимать значительные усилия по удержанию клиентов, внедрять дополнительные сервисные услуги и т. д.

Денис Катуров: — Проблема в том, что все отдано на откуп непосредственно жильцам, которые якобы должны проводить собрания и формировать ценник. Но, к сожалению, у нас многие люди «безбашенные». Мы обслуживали дом на Троллейной, откуда нам пришло письмо, в котором нам предложили платить по 87 тысяч в год. В самом доме на тот момент было три провайдера. Поэтому мы сели, просуммировали требуемые с нас деньги и получили сумму, эквивалентную стоимости капремонта здания — те самые 5% по ФЗ-185. То есть люди нашими руками решили сделать себе ремонт здания.

Как только мы начинаем дискутировать по поводу стоимости аренды, приходит старший по дому, озвучивает ценник, а если он нам не нравится, он предлагает нам уйти. Даже если мы наконец договоримся с таким человеком, через полгода приходит новый старший по дому, которому все равно, до чего мы договорились с его предшественником, и ценник вновь меняется в сторону увеличения. Если мы его не принимаем, он грозится собрать пенсионеров-активистов и все перерешать. У нас на Некрасова есть замечательный дом, где живет одна пенсионерка, которая говорит: «Это мой дом, что хочу, то и делаю». То есть все вопросы для интернет-провайдеров решаются очень просто всего лишь одним человеком.

Сергей Бойко: — Это все потому, что ваши клиенты сидят дома в Интернете и не ходят на собрания жильцов.

Денис Катуров: — А теперь представьте, что приходит федеральный оператор, который согласен платить деньги, которые ему выдвинули ТСЖ и УК. С нас требуют такие же суммы, но у нас их нет, так как никакой бюджет это не выдержит. Поэтому если все операторы заходят в дома по очереди, то вопрос никогда не решить.

На мой взгляд, все могут придерживаться порядка, при котором каждый провайдер делился бы с ТСЖ или УК определенным процентом дохода с каждого дома.

Виталий Лапицкий: — А потом ТСЖ скажет: «Ко мне приходил один. Говорил, что даст деньги, а ничего не дал. Так что уходите вы все»…

Александр Булатов: — Какие-то операторы готовы закрывать глаза на произвол ТСЖ. Но доходы у всех операторов разные, и нельзя ставить всех под одну гребенку. Никто не гарантирует, что не будет ситуаций, при которых ценник не будет подниматься. Пенсионеры сейчас достаточно изобретательные, поэтому можно легко заставить провайдеров платить за воздух.

Денис Катуров: — И такие случаи уже есть. Предлагают платить за погонные метры, за каждый абонентский кабель…

— В таком случае как можно решить эту проблему, ведь ТСЖ и УК могут завтра удвоить стоимость аренды, и как-то не верится, что абонент в таком случае на себе это не почувствует.

Эдуард Швец: — Этот вопрос, вероятно, не может быть решен другими путями, кроме законодательных мер. Вспомним, кто у нас входит в ТСЖ, является председателями этих организаций и просто формирует активные группы? Это бабушки и дедушки. Мы как молодые и работоспособные люди делегируем им это право, так как работаем и не находим времени посещать собрания. Когда мы сами или наши сотрудники приходим решать проблемы, то часто не можем найти общего языка с пенсионерами, и никогда мы не договоримся. Либо они перекладывают на нас стоимость капремонта. Или говорят, что один из федеральных сотовых операторов платит им 20 тысяч и предлагает нам платить столько же за транзитный кабель. Когда нет общепризнанного или выработанного критерия, каждый будет как хозяйствующий субъект предлагать свои условия.

Я не вижу, как это может быть законодательно урегулировано. Вероятно, департаментом ЖКХ, или, может быть, надо решать через городской уровень депутатов. Ведь председатели ТСЖ очень исполнительны — они легко платят за воду, энергию, при необходимости даже идут на конфликт с властями, решают проблемы. Поэтому если будет документ, то все будет нормально. Если же нет, то на протяжении десятков лет мы будем с этим бороться, пока управление таким имуществом не возьмут молодые, образованные и энергичные люди, понимающие, что такое бизнес. До этого момента рынок не будет цивилизованным.

Станислав Дариенко: — Коллеги, я в Омске в свое время активно занимался этим вопросом. В России есть общественная организация комитетов самоуправления, которая курирует всероссийскую школу управдомов. Эта организация работает против нас, обучая, как зарабатывать на своем имуществе. И там отдельно выделены компании, с которых можно брать деньги. На самом первом месте там, естественно, стоят интернет-провайдеры. Я понял, что нам нужно выходить на этот уровень. Ведь в зависимости от того, какие рекомендации получат в органах территориального общественного самоуправления, с тем мы и столкнемся. Никому же не пришло в голову брать деньги с «Горводоканала» за проложенные трубы. Но когда приходит парень в галстуке, представляющий провайдера, становится ясно, что на нем можно неплохо заработать.

Поэтому действительно нужно заниматься обучением, которое проводится по всей России на общественных началах, и участвовать в нем. Нам тоже надо этим заниматься. Сейчас Интернет уравнен с коммунальными услугами. И здесь вопрос уже не в том, кто занимает должность управдома или председателя ТСЖ, а в том, чтобы повысить грамотность и квалификацию тех, кто принимает решение.

— Можно ли говорить о том, что сложившаяся ситуация на рынке вынуждает провайдеров кооперироваться между собой для снижения издержек?

Станислав Дариенко: — Тут существует масса нюансов по обслуживанию, цене, капитализации. Например, если в компании стратегически принято иметь свой магистральный канал Интернета, против этого в любом случае не пойдешь.

Сергей Бойко: — А я вот, наоборот, считаю, что когда себестоимость услуги предоставления Интернета растет, то операторы независимо от этих аспектов вынуждены кооперироваться и класть один кабель, использовать одну вышку. От такой политики выигрывает и потребитель, и даже ГЭТ, так что всем становится лучше.

Александр Булатов: — В силу сложившихся проблем, о которых мы упоминали, провайдеры действительно вынуждены объединять свои усилия. Например, на Горском мы решили размещать кабель с другим провайдером — «Мегакомом».

Валерий Остриков: — То, что взаимодействия стало больше, — это факт. И со стороны «большой тройки», и со стороны локальных провайдеров. Если раньше мы долго вели переговоры с тем же «Авантелом» для того, чтобы скооперироваться, то сейчас мы им легко даем LAN для какого-то клиента. С «Мегакомом» мы вообще работаем по одной линии, вместе заходим в бизнес-центры. Между нашими менеджерами есть негласное правило не выхватывать клиентов друг у друга. Поэтому со временем постепенно рынок становится цивилизованнее, особенно в сравнении с 2008–2009 годами. Где-то помогли мы, где-то помогут нам. По такому принципу гораздо проще работать.

Александр Родионов: — И мы тоже все больше взаимодействуем с другими операторами — с «МегаФоном», «Билайном», «Ростелекомом», «ЭР-Телекомом». У нас много совместных программ по Сибири по «последней миле», совместным площадкам и просто по помощи друг другу. Расширив свою инфраструктуру, мы готовы размещать на своих площадках других операторов. Это обусловлено тем, что вместе можно всегда сделать больше, и договариваться всегда полезнее.

— Сегодня неоднократно заходила речь о конкурентной борьбе операторов связи. Сложно представить себе ситуацию, чтобы где-нибудь в Англии сотрудники Vodafone намеренно портили бы кабели Orange Telecom. Однако в России такое происходит, и это отнюдь не единичные случаи. Так когда же интернет-провайдеры перейдут к форме цивилизованной конкуренции вместо обрезания кабелей друг у друга (чтобы не допускать случаев, подобных нашумевшему примеру обрезания кабелей «ЭР-Телекома» сотрудниками одного из томских операторов)? От одного из провайдеров нам даже поступало предложение о возможности подписания конвенции о добросовестной конкуренции, исключающей подобные сценарии действий…

Денис Катуров: — На бумаге подписать можно что угодно. Но не думаю, что эта конвенция будет исполняться. Все же культура — в головах.

Сергей Бойко: — Согласен. Те, кто определяет для себя нормы действия, так и будут их определять, без конвенции. Можно резать чужие кабели или нет? Недобросовестный провайдер, например, подписал конвенцию, значит в случае чего он вроде как ни при чем.

Что касается самой проблемы, то обычно подобные меры являются инициативой самих сотрудников. Редко какой-то директор, понимая, что он ограничен рамками закона, дает распоряжение своим подчиненным резать чужие кабели. Но говорить, что он в любом случае ни при чем, тоже нельзя, ведь тут играет роль атмосфера в компании — то, как директор говорит, как реагирует на такие шаги. От этой атмосферы и будет зависеть, пойдут сотрудники резать кабели или нет. И руководство компании в любом случае должно брать на себя ответственность за такие поступки.

Валерий Остриков: — Обычно кабели режут друг другу сами монтажники, то есть студенты или просто низкоквалифицированная рабочая сила. Такой человек приходит и видит, что, к примеру, стояк заполнен. Он думает, зачем же тянуть провод, ведь проще воспользоваться готовым кабелем конкурента, сэкономить два часа времени и тем самым за день осуществить не три, а сразу 10 подключений. Соответственно, сэкономленный кабель он потом легко перепродает на сторону. Не секрет, что такие вещи часто происходят. Причем такого монтажника не волнует, что будет завтра с подключенными им абонентами. Ведь эксплуатировать все это не ему. При этом он может три месяца поработать в одной компании, потом уволиться, пойти в другую компанию. Поэтому проблема здесь кроется в низкоквалифицированном персонале, но иногда, скажу справедливости ради, сами клиенты подталкивают сотрудников провайдеров к нарушениям. Клиент говорит: «Зачем я буду ходить ключи собирать по стоякам — вот возьми кабель моего текущего провайдера и переключи его к новому оператору».

Денис Катуров: — Хочу обратить внимание, что в бытность телефонных линий оператор связи отвечал за соединение до входа в квартиру или до распределительной коробки на этаже. А вот у интернет-провайдеров в большинстве случаев это не регламентировано. Чтобы уйти от проблемы платежей в ТСЖ за каждый абонентский кабель, провайдер может заявить, что протянутый до узла кабель — проблема самого абонента. То есть ему продали Интернет, натянули провода, а дальше пусть разбирается сам. И тогда провайдер говорит ТСЖ, чтобы в этом случае они требовали деньги с квартирантов.

Естественно, получив кабель в свою пользу, абонент распоряжается им как угодно, переходя от одного провайдера к другому. Не секрет, что все кабели одинаковые и, как правило, куплены у одного поставщика. Более того, может быть, монтажник и не со зла такие действия предпринял, дернул один кабель, а это вроде бы не тот, поэтому дернул другой. Это не всегда проявление злостной конкуренции, а просто желание сэкономить деньги, низкая квалификация рабочей силы и ряд других факторов.

Станислав Дариенко: — Могу сказать, что злобные козни против конкурентов не планируются в директорских кабинетах. Однако на нашей памяти бывали случаи, когда наши кабели перерезали.

Эдуард Швец: — Намеренно?

Станислав Дариенко: — Если злоумышленники перепилили железную трубу, то думаю, ответ очевиден.

Эдуард Швец: — Такие действия носили постоянный характер?

Станислав Дариенко: — Это разовые вещи, приуроченные к различным активностям.

В целом наша служба безопасности держит тесный контакт со всеми операторами «большой тройки», и мы очень часто обмениваются информацией о серийной порче или кражах оборудования. Бывали ситуации, когда мы снимали воров с сетей конкурентов, так как нам поступал сигнал от техников о том, что наша сеть под угрозой. Поэтому уголовные дела заводятся, и в этом направлении мы кооперируемся с другими операторами.

Рецепты по удержанию абонентов

— Учитывая жесткую конкурентную борьбу, какие меры предпринимаются интернет-провайдерами для удержания своей абонентской базы при ограниченном рынке? Если говорить о сегменте B2B, то насколько возможен массовый возврат к схеме персональных менеджеров взамен традиционного разделения менеджеров, занимающихся продажами и сервисом? Я знаю, что некоторые компании недавно перешли к такой схеме.

Александр Родионов: — Так все взяли и рассказали… На самом деле, если говорить серьезно, то наша компания представлена только в B2B-сегменте. Вопрос выделения персональных менеджеров перед нами не стоял. Понятно, что, условно говоря, козе баян не нужен, поэтому у нас индивидуальный подход к клиентам. Массовые схемы используются, но по большей части мы стараемся вписываться в бизнес-процессы клиентов, понять, что им нужно. Сейчас важно не ценовое лидерство, а качественный сервис, который для корпоративных клиентов очень актуален. Например, стоимость простоя одной кассы в магазине типа «Холидей» составляет 100 тысяч и больше. Поэтому важно не продать клиентам непонятную полосу в «-дцать» мегабит, чтобы по ночам системный администратор этой компании качал фильмы, а подстраивать свои решения под задачи бизнеса.

Сергей Бойко: — Со своей стороны могу подтвердить, что в B2B-сегменте отчетливо наблюдается переход от технологической и ценовой конкуренции к сервисной. Важно, насколько хорошо оператор решает задачи клиента, а задачи эти могут быть очень нестандартные. В сегменте B2B опять же позволительно придумывать услуги под конкретных клиентов. Понятно, что для этого зачастую и нужны персональные менеджеры.

Виталий Коробко: — Если говорить о массовом рынке, то мы сейчас сконцентрированы на продаже «пакетных» предложений, за которыми, бесспорно, будущее. Это позволяет абонентам подключать необходимые им услуги по более выгодной цене, иметь единый счет и единую службу поддержки. Поэтому конвергенция и будет основным драйвером для удержания клиентов и повышения их лояльности. Аналогично, кстати, обстоит ситуация с мобильной связью. Но при этом очень важно не быть «серым», скрывая подводные камни в платежах, а, напротив, быть открытым и предлагать выгодные конвергентные продукты.

Послесловие

— Уважаемые коллеги, на этом предлагаю завершить круглый стол и от имени газеты «Континент Сибирь» выразить благодарность за участие всем собравшимся. Уверен, что каждый из вас сделает собственные выводы из сегодняшней дискуссии. С нашей стороны мы еще раз убедились в наличии многочисленных нерешенных проблем, требующих пристального внимания. Несмотря на рост проникновения Интернета, понятно, что нельзя упускать из виду снижение доходности бизнеса услуг ШПД и перераспределение рынка.

В отношении аренды столбов — темы, вызвавшей сегодня наибольший резонанс, можно сказать, что пока мы по сути лишь констатировали и определили проблему, и ее решение впереди. Мы со своей стороны будем отслеживать, как будет решаться этот вопрос. Понятно, что каждая из сторон решает свои коммерческие вопросы в данной области, поэтому решение затруднено. Однако есть законодательные инициативы, и кроме того, всегда существует возможность договориться по принципам, которые были бы понятны сторонам и в наибольшей мере способствовали их собственным интересам.

Что касается взаимодействия с ТСЖ и УК, понятно, что этот вопрос еще несколько лет назад был актуальным и сейчас стал еще более злободневным. Понятно, что пока решение вопроса возможно лишь путем диалога между сторонами, однако хочется верить, что взаимодействие будет законодательно урегулировано. Это пошло бы на пользу и абонентам, так как в любом случае те или иные издержки перекладываются в конечном счете на них.

Опять же как абонент могу лишь пожелать перехода к цивилизованной конкуренции на рынке ШПД, которая позволила бы обеспечить более высокое качество услуг. Остается надеяться, что в будущем операторы станут прикладывать большие усилия для удержания абонентов и уделять внимание простому, но такому эффективному инструменту, как качество оказываемых услуг. И если провайдер предлагает клиенту подключиться к нему, то за этим должно стоять какое-то реальное очевидное конкурентное преимущество, будь то более интересный набор услуг, более привлекательная цена или высококачественный сервис. Такие меры будут во многом способствовать повышению лояльности клиентов и способствовать цивилизованной конкуренции на рынке.

ТОЧКА ЗРЕНИЯ

Насколько конструктивно строятся отношения операторов связи и управляющих компаний? Какие действия могут способствовать урегулированию ситуации?

Дмитрий Васильев, первый заместитель генерального директора «ТТК-Западная Сибирь»:

— Для предоставления услуг связи в многоквартирных домах интернет-провайдеры ежемесячно платят управляющим компаниям (УК) за размещение телекоммуникационного оборудования. Исходя из чего формируется эта сумма, неизвестно. При этом некоторые УК регулярно увеличивают размеры этих платежей. Возможности влиять на эту ситуацию у операторов практически нет.

Сегодня на рынке присутствует большое количество провайдеров: услуги связи в одном доме предоставляют одновременно 5–6 операторов. Высокая конкуренция положительно влияет на развитие и качество услуг, их стоимость. Однако на фоне этой конкуренции некоторые УК видят в операторах связи источник дополнительного дохода. Интернет-доступ, так же как и свет, вода, тепло, газ, стал необходимой услугой для жителей городов. Никому и в голову не приходит взимать плату за размещение, например, труб. Так почему для интернет-провайдеров появляется так много преград?

В распоряжении УК находятся ключи от технических помещений в доме, где обычно провайдеры размещают необходимое оборудование связи. Руководствуясь желанием увеличить размер получаемых от оператора платежей, УК нередко злоупотребляют своими полномочиями и блокируют доступ к помещениям, используя эти возможности в качестве рычага давления на операторов. Это препятствует подключению новых абонентов в доме, проведению плановых работ на оборудовании и, соответственно, предоставлению качественных услуг связи жителям дома.

Хочу подчеркнуть, что на сегодняшний день операторы готовы возмещать реальные расходы УК, напрямую связанные с размещением телекоммуникационного оборудования в домах. Однако считаю, что такие платежи должны носить сугубо компенсационный характер.

Например, несколько лет назад большую часть издержек операторов в пользу УК составляли расходы на электроэнергию, которая требуется для работы размещенного в домах оборудования. Сегодня компенсировать затраты на электроэнергию не требуется: в 90% случаев у оператора связи напрямую заключен договор с энергетическими компаниями. Чем же руководствуются УК при установлении платы для операторов связи? Как показывает практика, чаще всего стоимость определяется либо на основании уже сложившихся цен в соседних домах, либо из личной оценки руководителем УК финансовой состоятельности оператора. Встречаются факты, когда УК требуется решить свои конкретные задачи, не имеющие непосредственного отношения к работе оператора. В таких случаях провайдеру предъявляется счет «вперед за два года», в случае неуплаты которого УК отключает питание от узлов связи операторов и ограничивает возможность предоставления услуг интернет-доступа жильцам дома.

Проблема для всего рынка заключается в том, что операторы сильно ограничены в регулировании сложившейся ситуации, так как нет четких правил и контролирующих организаций. Отказываться от работы с клиентами в домах недобросовестных УК связисты тоже не всегда готовы: ведь только первоначальные инвестиции при подключении каждого жилого дома превышают 150 тыс. рублей.

Сегодня операторы начинают договариваться между собой о совместном противодействии, объединяясь в ассоциации и вырабатывая единые «правила игры». Прецедент совместного противодействия повышению стоимости размещения оборудования уже был в Томске, схожая ситуация сейчас наблюдается в Барнауле и Омске. Но справиться с ней исключительно самим связистам в рамках существующего жилищного законодательства непросто. На наш взгляд, эффективным решением являются вовлечение в процесс администрации города и выработка единых рекомендательных тарифов, которых будут придерживаться все управляющие компании, не лишая жильцов их законного права самостоятельно выбирать поставщика услуг связи.

ПРЯМАЯ РЕЧЬ

Евгений Фоменко, глава Новосибирского представительства Orange Business Services в России и СНГ

— Какие меры сейчас предпринимаются интернет-провайдерами для удержания своей абонентской базы в условиях жесткой конкурентной борьбы при ограниченном рынке?

Согласны ли вы с тем, что если раньше упор делался на количестве абонентов, то теперь — на качестве?

— Телекомрынок традиционно был особенно привлекателен для операторов и потому высококонкурентен. Это ведет к тому, что провайдеры уменьшают тарифы на предоставляемые услуги. Но снижение не может быть бесконечным, и конкурентная борьба теперь переходит в плоскость качества.

Понятие качества нужно соизмерять и с понятием точного соблюдения провайдерами заявленных характеристик получаемой услуги, а не только оперировать критериями «работает — не работает».

Ведь не секрет, что в гонке за клиентами многие провайдеры готовы указать в тарифных планах любые данные о скорости доступа, которые на деле могут соответствовать действительности, например, только ночью или в выходные дни. Если ваш бизнес или ваши интересы тесно связаны с пропускной способностью каналов и вы реально понимаете, каковы ваши запросы, то нужно пристально обращать внимание на реальные параметры услуги. Как правило, единицы игроков на рынке могут подтвердить заявленные параметры и качество предоставляемой услуги.

Дифференцироваться в глазах заказчиков мы хотим прежде всего за счет предложения более качественных и инновационных сервисов (например, видеосервисы, облачные технологии и т. п.), а также за счет комплексного подхода к решению телекоммуникационных задач: от консалтинга и разработки проекта до внедрения и управления созданной инфраструктурой.

— Сложно ли операторам расширять сферу покрытия?

Насколько критична для телекоммуникационных операторов стоимость аренды столбов в Новосибирске? Насколько конструктивно строится диалог с бизнес-центрами, многие из которых выдвигают неподъемные для провайдеров требования?

— Можно по-разному оценивать вопрос расширения географии покрытия, но про Новосибирск я скажу как о примере реальной рабочей конкуренции.

В городе нет мест, где существовала бы исключительная монополия одного провайдера и клиент вынужден был бы обращаться только к нему. Скорее существуют места с низкой концентрацией клиентов и бизнеса, и соответственно, с меньшим количеством предложений. Это саморегулируемое состояние рынка спроса и предложения.

Мы идем к клиентам и осуществляем свою стратегию расширения присутствия, жестко оценивая как будущие доходы, так и свои текущие затраты. Здесь мы можем говорить о стоимости ресурса подвеса оптических трасс как о существенной слагаемой комплекса затрат и результирующей клиентской цены.

Говоря о диалоге с бизнес-центрами, хочу отметить кардинально изменившийся за последие годы подход к работе. Если три года назад у владельцев бизнес-центров превалировал денежный подход — это цена входа и величина партнерских отчислений, то сейчас вместе с подъемом экономики и увеличением наполненности бизнес-центров на первое место выходит параметр качества услуг, прозрачности отношений и присутствие на площадях арендодателя оператора с качественным предложением.

Теперь, помимо подключения бизнес-центров классов А и В, где сосредоточены наши крупные корпоративные заказчики, мы начали активно работать с объектами класса С, в которых находится значительное количество клиентов сегмента среднего и малого бизнеса.

Мы будем продолжать инвестировать в развитие инфраструктуры и разработку новых продуктов, чтобы создать необходимую платформу для роста этого направления бизнеса.



Comments are closed.

Так же в номере