Главная » Спецвыпуск » Собственных ресурсов не хватает

Собственных ресурсов не хватает

В последнее время на разных уровнях власти говорят о перспективности инновационного пути развития для России. Однако компании, работающие на этом рынке, особых изменений в своем положении не замечают. Руководители некоторых фирм отмечают даже, что при существующем положении дел говорить о масштабном развитии рынка hi-tech не приходится. Свою точку зрения на положение и перспективы инновационного бизнеса в интервью корреспонденту «КС» АЛЕКСАНДРУ ПОПОВУ высказал директор ЗАО «Мета» ВЛАДИМИР ОХОТНИКОВ.

ЗАО «Мета» образовано в 1991 году и сегодня является одной из крупных инновационных фирм России. Производит весоизмерительные системы для промышленности (партнеры — «ЕвразХолдинг», «Русал»), аналитические приборы (партнеры — Институт катализа СО РАН, ТВЭЛ, Минатом), внедряет фильтрационные технологии (переработка донорской крови), выпускает жидкие лекарственные формы. Штат компании — 35 сотрудников. Годовой оборот — более $1 млн.

Фото Михаила ПЕРИКОВА

— Владимир Борисович, какова специфика инновационного бизнеса в новосибирском Академгородке?

— В Новосибирском научном центре (ННЦ) сегодня сосуществуют три силы: местное самоуправление, президиум СО РАН и стихийно возникший инновационный бизнес. Почти вся земля в ННЦ федеральная, поэтому местная власть реальных ресурсов не имеет. Наука за годы перестройки понесла большие потери: значительная часть ученых уехала за рубеж, катастрофически постарел парк оборудования. Раньше здесь можно было легко и быстро довести любую идею до опытного образца, что очень важно в науке. Сегодня все наоборот. Но свой потенциал ННЦ сохранил. Возможно, за счет удаленности от города волна коммерциализации, особенно в первые годы перестройки, обошла нас стороной, поэтому здесь сохранилась специфическая культура.

Однако СО РАН проектировалось из возможностей бюджета СССР. На создание институтов и научных направлений щедро тратились нефтедоллары. Сегодня все изменилось, и возник вопрос: соответствует ли нынешний госбюджет имеющемуся обилию зданий и сотрудников? Думаю, не соответствует. При этом сложилась уникальная ситуация: ряд отделов и лабораторий в институтах стали фактически инновационными фирмами и очень удобно покрывают часть своих издержек за счет бюджета, на что государство закрывает глаза. Думаю, нужно осторожно реорганизовать эти структуры в коммерческие предприятия.

— Но вы же понимаете, что это вряд ли возможно…

— Конечно. Но нужно правильно оценивать ситуацию. Сегодня помещения в институтах арендуют фирмы, которые занимаются чем угодно — торговлей, посредническими услугами, рекламой, но не инновационным бизнесом. Находясь на площадях институтов, работники этих фирм раздражают научных сотрудников своими джипами и поведением… Поэтому институты должны сдавать свои площади инновационным фирмам, которые являются носителями тех же ценностей, что и наука, но умеют вести себя на рынке, знают, как зарабатывать деньги и как довести идею до коммерческого продукта. И конфликта здесь быть не должно.

— А сейчас он есть?

— Да, но в скрытой форме. Эта ситуация продлится до тех пор, пока не произойдут изменения в количественном и финансовом положении инновационных фирм. Сейчас они слабые, маленькие и бесправные. Чтобы ситуация развивалась нормально, научные центры должны работать в едином комплексе. Сегодня мы едины, но есть проблемы — в основном из-за позиции директоров институтов, которые не желают добровольно сдавать свободные площади в аренду. Кроме того, все заработанные институтом деньги идут через казначейство, что сдерживает активность руководителей.

— А сам инновационный бизнес вкладывать в основные фонды не может?

— Поймите логику предпринимателя. Находясь в условиях даже долгосрочной аренды, он не будет вкладывать в то, что невозможно в течение дня вывезти в другое место. Пластиковые окна в арендованной комнате никто ставить не будет.

— Как вы в целом оцениваете положение инновационных компаний сегодня?

— Мы создаем рабочие места для кадров различной квалификации, оживляем экономику, платим налоги и производим наукоемкую продукцию. Но масштабы нашего развития очень хилые. Уверен, что на одного талантливого ученого должно быть не менее 10 инновационных фирм. А пока ученых больше, чем фирм, которые способны превратить их идеи в продукт.

— Что нужно для бурного развития?

— Во-первых, создание центров коллективного пользования по металлообработке — с современными станками, кадрами, чтобы можно было, как и прежде, создавать опытные образцы и выпускать мелкие серии продукции. Во-вторых, совместные проекты с институтами, в том числе по созданию новых технологий. В-третьих, совместное развитие инфраструктуры и строительство жилья. Наконец, введение специализированного образования в вузах, ведь сегодня инновационный менеджмент в России отсутствует.

— На какие рынки ориентирован инновационный бизнес?

— Могу говорить за нашу компанию. «Мета» работает уже более 12 лет и всегда напрямую сотрудничала с российской промышленностью. Экспорт — это дополнительные затраты: нужно создавать сервисные центры, дилерскую сеть, заниматься обучением клиентов. Клиент на Западе привык к сервису: купив сложную технику, он рассчитывает на сопровождение, хочет иметь всю документацию на своем языке. Конечно, мы пытаемся делать экспортные поставки. Но в основном работаем в России, хотя рынок здесь пуст. При этом мы не можем полностью удовлетворить российскую промышленность, поскольку все упирается в низкую платежеспособность. Сегодня заводы переходят на новый технологический уровень, а переоснащение требует гигантских финансовых ресурсов. Заводы не умеют работать так, как нам нужно, а мелкие фирмы, занимающиеся металлообработкой, и сами загружены. Наша продукция уникальна, дорогостояща, но мелкосерийна.

— Есть мнение, что российской промышленности не нужен инновационный продукт. Это так?

— Не знаю, откуда пошло это мнение. Может, от неумения или нежелания работать с российским рынком. Да, сегодня в институтах много опытных образцов. Ученые собирают прибор в одном экземпляре и поднимают шум: нашей промышленности он не нужен. Спешу подтвердить — действительно не нужен! Промышленности нужен надежный продукт, адаптированный под потребности и возможности конкретного завода. Поэтому механизм должен быть такой: лаборатория, выдав изобретение, получив на него патент и доведя технологию до опытного образца, должна передать его инновационной фирме, которая и займется маркетингом продукта. Вам же не предлагают сырое мясо в ресторане — вам предлагают то, что вы покажете в меню. И вот на этом «разломе» между наукой и инновационной фирмой рождается мнение, что изобретения российскому рынку не нужны. А вот за рубеж мы продаем! Но продаем как раз опытные образцы. Если изучить статистику экспортных продаж в институтах — это один-два экземпляра, не больше. А зачем — люди купили и сами доводят его, патентуют и зарабатывают на этом деньги. Поэтому я уверен, что на опытных образцах и патентах должна проходить граница: до этого — наука, а дальше, извините, инновационный бизнес. Когда это поймут наши ученые, мы станем очень мощным центром, в котором есть не только научные идеи, но и уникальные, готовые к применению технологии.

— В последнее время много говорится о поддержке инноваций со стороны государства. Ощущаете ли вы эту поддержку?

— В 2003 году мы впервые получили финансовую поддержку из государственного фонда Бортника. Средства оказались нам очень кстати на фоне строительных затрат (фирма ведет капитальный ремонт собственного здания. — «КС»). Мы рассчитываем на долгосрочную программу сотрудничества с этим фондом. Разработок, как я уже говорил, много, но собственных средств для их коммерциализации уже не хватает, а цивилизованных инвесторов в России пока не появилось.

— А со стороны олигархов поддержки нет?

— Ее и не может быть из-за философии сырьевика. Зачем вкладывать средства в долгие проекты — нефть и так течет.

— Каковы, на ваш взгляд, перспективы инновационного бизнеса в России?

— Есть большой потенциал, инфраструктура, кадры. Но когда это все по-настоящему «выстрелит»? Я смотрю в будущее с оптимизмом. Развитие инновационного бизнеса с государственной точки зрения — вопрос рационального распределения ресурсов, причем уже имеющихся.

Александр ПОПОВ


Comments are closed.

Так же в номере