Главная » Спецвыпуск » Отсутствие прогресса - регресс

Отсутствие прогресса — регресс

Реформирование РАО ЕЭС и региональных подразделений энергохолдинга из разряда теоретических споров перешло в практическую плоскость. О своем видении перспектив развития топливно-энергетического комплекса Красноярского края корреспонденту «КС» АЛЕКСЕЮ БОНДАРЕВУ рассказывает генеральный директор ОАО «Красноярская ГРЭС-2» ИВАН БЛАГОДЫРЬ, который возглавил КГРЭС-2 ровно год назад — 13 ноября 2003 года.

Генеральный директор Красноярской ГРЭС-2 Иван Благодырь

— Иван Валентинович, 16 июня этого года комитет по стратегии и реформированию при совете директоров ОАО «РАО «ЕЭС России» рекомендовал принять решение об учреждении оптовых генерирующих компаний (ОГК). Как продвигается этот процесс?

— По плану, Красноярская ГРЭС-2 войдет в ОГК-6. Решение о создании оптовой генерирующей компании должно быть принято в декабре. Соответственно, регистрация состоится примерно в феврале 2005 года. А в ноябре следующего года мы уже полностью перестанем существовать как юридическое лицо и станем филиалом ОГК-6.

На ГРЭС-2 пройдет оптимизация численности управления, которая коснется в основном финансистов и экономистов. Работа в статусе филиала предполагает некоторое упрощение отчетности — принятие основных решений по финансовым вопросам будет происходить в головной компании.

Хотя хочу подчеркнуть — в ходе реформирования компаний остается вопрос, который мне не совсем понятен. Если мы принимаем концепцию рынка, который должен быть с 1 января, — с прямыми договорами по присоединениям, по энергозонам, тогда нет особого смысла лишать КГРЭС-2 или иную федеральную станцию статуса акционерного общества.

— Не первый год идут споры между РАО ЕЭС и компанией «Базовый элемент». Можно ли говорить об устойчивом конфликте интересов энергетиков и алюминщиков, и как вы относитесь к информации, что глава «Базэла» Олег Дерипаска вынашивает планы создания генерирующей компании, в которую вошли бы крупнейшие электростанции Красноярского края? В том числе и КГРЭС-2.

— С моей точки зрения, конфликта как такового не существует. Концепция реструктуризации РАО ЕЭС одобрена правительством и президентом. Все преобразования идут в рамках этой концепции. Кому-то это нравится, кому-то нет. Но конфигурацию ОГК никто не планирует менять.

Понятно, что сегодня у алюминщиков 60% в себестоимости продукции составляют затраты на электроэнергию, и для них вопрос ее стоимости очень важен. Так же, как для нас, например, важно, сколько стоит уголь. Поэтому, естественно, что они рассматривают варианты по удешевлению данной составляющей. О внимании алюминщиков к этой сфере говорит то, что сегодня существует компания «Евросибэнерго», которая управляет энергоактивами «Базэла» — пакетами акций «Иркутскэнерго» и Красноярской ГЭС. У СУАЛа созданы «Комплексные энергетические системы», которые управляют долями акций в «Свердловскэнерго» и «Комиэнерго». У металлургов есть свое видение энергетической стратегии. Поэтому правильнее говорить о существовании противоречий интересов между металлургами и энергетиками. В конце концов, один всегда хочет продать подороже, а другой — купить подешевле. Сегодня сторонам удается договариваться.

Энергия Красноярской ГРЭС может найти покупателей не только в России, но и в других странах

— Красноярская ГРЭС-2 является одним из основных налогоплательщиков Зеленогорска. Как складываются ваши отношения с мэрией?

— Подписано соглашение о реструктуризации платежей по местным налогам, и мы его выполняем. Все оплачивается в срок, как бы нам ни было тяжело. Мэр со своей стороны помогает нам в решении многих вопросов. У местных властей есть понимание того, что успешная работа предприятия отражается на уровне социально-экономической жизни города — и в плане налоговых поступлений, и в плане наличия рабочих мест.

— Статус предприятия, от которого зависит бюджет «закрытого» и «секретного» города, каким является Зеленогорск, как-то влияет на вашу внутреннюю политику?

— Пожалуй, нет. Единственное, что могу заявить в этой связи, — мы намерены выставить «своих» кандидатов в местную Думу на выборах, которые будут в апреле 2005 года. Там наше предприятие никак не представлено, а я считаю, что это неправильно. До недавнего времени господствовала точка зрения, что поскольку мы являемся стратегическим предприятием, то должны заниматься своими внутренними вопросами и не вмешиваться в политику. Но раз мы живем в городе, то стоит принять в его развитии участие. Тем более что наша отрасль располагает большим количеством высококлассных специалистов, которые могут принести огромную пользу.

— Зеленогорск известен как город с большим научным потенциалом. Как на ГРЭС-2 обстоит дело с привлечением молодых специалистов?

— Существует одна большая проблема, которая нам мешает приглашать молодые кадры, — жилье. С одной стороны, есть возможность работать с Томским и Красноярским политехническими институтами. С другой стороны, чтобы пригласить специалиста, нужен хоть какой-то вариант решения жилищного вопроса. Безусловно, со временем проблема может быть решена, поскольку станция со славной историей должна иметь славное будущее. О связи поколений говорит и создание на станции в октябре этого года Совета молодых специалистов, который объединил более 20 выпускников вузов 2003-2004 годов. К реализации программ обучения молодых специалистов привлечены и ветераны КГРЭС-2.

— Существует вероятность того, что в ходе реформы местного самоуправления ЗАТО могут исчезнуть как территориально-административные единицы. Чреват ли такой вариант событий для вас определенными потрясениями?

— До 2007 года они будут существовать точно. Что будет потом, мы пока не знаем. Как не могли, например, предполагать год назад, что губернаторов будут назначать. Вполне возможно, что ЗАТО не будет. Но будет что-то другое.

— Предстоящее сокращение службы вневедомственной охраны на КГРЭС-2 — это следствие тяжелого финансового положения?

— Нет, просто мы относимся к стратегическим объектам и вследствие ужесточившихся мер по борьбе с терроризмом должны были обратиться либо в охранное агентство, созданное при Министерстве промышленности и энергетики, либо непосредственно в ОВД. Остановились на последнем варианте. Во-первых, это дешевле, во-вторых, эта структура все-таки посерьезнее. Так что все дело в требовании закона. Никаких других сокращений больше не будет.

— На предприятии регулярно проходят конкурсы профмастерства. Какой отдачи вы ждете от них?

— Такие конкурсы у нас действительно идут планово. В большей степени они относятся к «технарям». Поэтому, мы даже пошли на увеличение бизнес-планов в части заработной платы с тем, чтобы иметь возможность делать существенные доплаты призерам и победителям этих соревнований. С другой стороны, и требования к персоналу повышаются. Следующий год мы скорее всего объявим годом повышения культуры обслуживания производства.

— Красноярская ГРЭС-2 недавно приступила к обоснованию новых тарифов на энергию. Процесс продвигается успешно?

— В настоящий момент мы прошли экспертизу, и все материалы переданы в Федеральную службу по тарифам (ФСТ). Могу сказать, что с 1999-го по 2004 год из-за низких тарифов мы недофинансировали программы ремонта и технического перевооружения. Поэтому сейчас планируем увеличение ремонтного фонда в два раза. Эксперты нас, кстати, поддержали. А вот с РЭК, которая утверждает тариф на тепло, у нас намечаются разногласия, причем достаточно существенные. Для нас сейчас отпуск тепла убыточен.

— Как складываются ваши отношения с угольщиками, помогает ли краевая администрация выстраивать эти взаимоотношения?

— Стратегическим партнером РАО ЕЭС признана компания СУЭК. Хотя в нашем регионе существуют и небольшие разрезы, которые способны частично обеспечить потребности станции в топливе по более низким ценам. Например, «Канский», «Бородинский» или «Ирбейский» разрезы. Для СУЭК это серьезная опасность, и думаю, она заставит их подкорректировать свою политику в сторону уменьшения цены. Что касается администрации края, то исторически сложилось так, что ни я туда не езжу, ни они ко мне. (Смеется.) Вопрос о загрузке мощностей решается в ФСТ и РАО ЕЭС, вопрос о поставках угля — в СУЭК и РАО ЕЭС, которое выступает в качестве арбитра и защитника наших интересов. По налогам к нам никаких претензий со стороны администрации нет. Может быть, это как раз тот случай, когда нет никаких отношений, поскольку нет никаких претензий.

— Кто является вашим основным потребителем и насколько КГРЭС-2 привлекательна в глазах инвесторов?

— Основные потребители тепла — это город Зеленогорск, «Сибволокно» и «Электрохимзавод». А всю электроэнергию мы продаем на ФОРЭМ. Физическими покупателями являются тот же «Электрохимзавод», а также близлежащий «куст» — города Канск и Бородино. Документально нашими покупателями являются «Красэнерго», «Кузбассэнерго», «Новосибирскэнерго» и «Алтайэнерго».

Что касается инвестиционной привлекательности компании, то нами интересовались и представители алюминиевых структур, и угольщики. Если удастся достичь загруженности мощностей в 60-70%, то будем возвращаться к вопросу о технической реконструкции блока N 3, который демонтирован с 1990 года.

В перспективе, если энергетический мост по передаче электроэнергии из Сибири в Китай все-таки реально построят, думаю, мы будем востребованы. И в нас будут вкладывать деньги. Вторым вариантом, с помощью которого мы сможем увеличить загрузку, является строительство новых промышленных объектов в Красноярском крае. Сегодня же с коэффициентом использования мощностей в 30%, который у нас есть, ни для кого не имеет смысла вкладывать средства в серьезное техперевооружение и реконструкцию КГРЭС-2.

— В то же время эксперты отмечают, что в КНР огромными темпами идет ввод в эксплуатацию собственных энергомощностей. Не факт, что им вообще нужна будет сибирская электроэнергия. Что вы думаете по этому поводу?

— Думаю, все же будет нужна, если подходить с позиций бизнеса. В регионе имеются значительные гидроресурсы. Плюс наличие Канско-Ачинского бассейна, где идет мощная разведка бурых углей. В советские времена существовал план по строительству четырех или пяти Березовских ГРЭС. Каждая с установленной мощностью, эквивалентной мощности Саяно-Шушенской ГЭС. Есть дешевая энергия ГЭС и возможность дешевой добычи угля. Вполне возможно, что китайцам будет выгодно покупать нашу электроэнергию.

— Удалось ли вам за прошедший год выполнить задачи, которые вы поставили перед собой после назначения на пост генерального директора КГРЭС-2?

— Год назад у меня были более радужные ощущения. (Смеется). Все оказалось намного сложнее. Все-таки работа первого заместителя генерального директора, которым я был до этого, отличается от работы самостоятельного руководителя. Я увидел, как можно расти и развиваться. Если же говорить о конкретных мероприятиях, которые были намечены, то в 2004 году нашими главными целями были стабилизация работы предприятия, разработка антикризисной программы и начало ее внедрения. На 2005 год намечена разработка программы техперевооружения, а также улучшение финансовых показателей. В 2006-2007 годах предполагается приступить к уже серьезному техническому перевооружению. Главное же, чего удалось добиться на сегодняшний момент, — это понимание, в каком направлении нам нужно двигаться для стабильного и успешного развития.

Алексей БОНДАРЕВ


Comments are closed.

Так же в номере