Главная » Политика » Борис Немцов: «Губернатор Лев Кузнецов ничего плохого краю не сделал, даже наоборот»

Борис Немцов: «Губернатор Лев Кузнецов ничего плохого краю не сделал, даже наоборот»

Один из лидеров движения «Солидарность» и незарегистрированной «Партии народной свободы» БОРИС НЕМЦОВ в ходе своего визита в Красноярск дал интервью корреспонденту «КС» СТАНИСЛАВУ КАЗАЧЕНКО, в котором назвал самые свободные и несвободные регионы Сибири, рассказал о совместном досуге с губернатором Львом Кузнецовым и прокомментировал протесты против строительства Енисейского завода ферросплавов.

— За несколько недель до вашего визита в Красноярске был отменен концерт «Гражданин Поэт» Быкова и Ефремова, поскольку выяснилось, что именно в этот день концертная площадка нуждается в ремонте. Когда готовились ваш визит в Красноярск и встреча в ДК «Комбайностроителей», встречались ли противодействие со стороны органов власти, правоохранителей, подозрительно внезапные «форс-мажоры»?

— Судьба распорядилась так, что красноярского губернатора Льва Кузнецова я знаю давно, уже около 10 лет. Причем никогда не догадаетесь, по какой линии: он, как и я, спортсмен, мы занимаемся виндсерфингом и джет-скиингом. Потому ему, наверное, было бы неловко вставлять мне палки в колеса. Перед моим визитом мы разговаривали по телефону, Лев спросил о моих планах, я ответил ему, что все пройдет тихо и спокойно, если не будет «ликующей гопоты», то есть «нашистских» бригад и других политических «фриков». Он сказал: «Хорошо». Все это происходило несколько дней назад. Впрочем, как знать, — возможно, не будь мы знакомы, может, и возникли бы проблемы, как у Быкова с Ефремовым. Все-таки когда у людей есть некоторые взаимоотношения, то даже если они не разделяют взглядов друг друга, это не значит, что надо вести себя подло. Да, Лев Кузнецов сейчас у власти, у него серьезная зона ответственности, и ничего плохого он краю не сделал. Критика в его адрес не входила в планы моего визита. Более того, надо отметить, что он занял правильную позицию по заводу ферросплавов. С другой стороны, меня удивило, что в крае с когда-то свободными СМИ их практически не осталось, это заметно по малочисленности прессы на нашей встрече. Это печальное наблюдение.

— Главная цель вашего визита — встреча с гражданами? Или планируется решение каких-то вопросов в местной «Солидарности»?

— Исключительно встреча с гражданами. Моя задача — объяснить людям позицию «Солидарности» и «Парнаса» в связи со спецоперацией, которая готовится на 4 декабря и будет продолжена в марте. Мне кажется, прошедшая встреча была довольно важной, сюда пришли неравнодушные люди. По домам были расклеены объявления с приглашением на мероприятие, хотя и не так много. И люди действительно продемонстрировали, что разговор им нужен, что они хотят понять, что правильно и неправильно и как нужно себя вести в этой ситуации. Потому что иметь пожизненного президента и при этом ничего не делать — это значит наплевать и на себя, и на свою судьбу, и на край, и на страну.

— Как вы оцениваете активность и эффективность работы «Солидарности» в Красноярском крае и СФО в целом? Приходят ли сюда новые люди, расширяется ли число сторонников в последнее время?

— Честно говоря, у нас здесь не самая сильная организация. Но сам факт того, что люди есть и они действуют в условиях очевидного давления, полицейщины и прочего, — это оптимистично. Конечно, хотелось бы, чтобы организация была более динамичная, но это, думаю, придет со временем. Люди еще до конца не понимают, что случилось 24 сентября. Этот «пожизненный» доведет страну до ручки, и край тоже. Но надо действовать и настраиваться на марафон. При этом стоит понимать, что люди, которые входят в оппозицию, рискуют очень многим — они могут потерять работу, оказаться в полицейском участке, могут быть неприятности с родственниками. Я с уважением отношусь к тем, кто сознательно сделал такой выбор. Но требовать от людей невозможного тоже неправильно. Я не могу заставлять граждан рисковать всем, что есть у них в жизни. Они сами принимают решение и отвечают за него.

— Как происходит в Сибири и Красноярском крае распространение ваших докладов «Путин. Итоги», «Путин. Коррупция»? Есть ли данные по цифрам — сколько их уже здесь распространено? Имели ли место факты противодействия со стороны правоохранительных органов?

— На данный момент в Красноярске распространено порядка 10 тыс. экземпляров — это почти весь тираж, дошедший до региона. О проблемах с правоохранительными органами из-за этих брошюр в вашем крае я не слышал. В последний раз они арестовали доклады в Иваново, перед этим наиболее ретиво действовали в Санкт-Петербурге. Там арестовали 100 тыс. экземпляров и проверяли месяц на экстремизм, и постоянно задерживают наших активистов, занимающихся распространением. Здесь ситуация куда лучше.

— Как вообще вы оцениваете соблюдение законности в отношении политических активистов в Красноярском крае в сравнении с другими регионами РФ? Какой из регионов Сибири самый «выдающийся» с точки зрения нарушений политических свобод?

— Я не считаю, что в Красноярске есть какие-то жесткие репрессии против оппозиции. Здесь традиционно, еще со времен Хлопонина, такого беспредела не было. Это резко контрастирует с моим недавним опытом: несколько дней назад я был в Краснодаре и проводил встречу в ДК глухонемых. Его «заминировали», по периметру ОМОН и МЧС бегали с собаками, стояла толпа фриков-«нашистов», что-то истерично кричала. Потом потушили свет и начали эвакуацию, но бомбу не нашли. Здесь, в Красноярске, все по-другому. Надо еще понимать, что «дальше Сибири не сошлют». Кажется, что тот свободолюбивый дух, который на этой территории есть, сложился исторически. И потому сравнивать СФО с центральной частью страны бессмысленно. Даже в Иваново, где губернатор — сын известного священника Александра Меня, творится беззаконие. Здесь, к счастью, все по-другому, хотя и очевидно существует цензура, есть нежелание регистрировать независимых оппозиционных кандидатов. При этом в Сибири можно выделить болевые точки. Два самых худших региона Сибири в плане свободы — это Кемеровская и Омская области. При этом именно в них губернаторы Тулеев и Полежаев сидят еще с прошлого тысячелетия. За это время сменилось все вокруг, включая президентов, а они неизменны. Это еще раз показывает, насколько пагубна несменяемость власти. Еще можно назвать Хакасию, где происходит тотальное беззаконие, давление на оппозицию, где шантажом людей заставляют выходить из «Партии народной свободы», уничтожают бизнес людей, которые поддерживают оппозицию, ведется оголтелая пропаганда.

— Последние несколько месяцев в Красноярске набирают обороты акции протеста против строительства Енисейского завода ферросплавов. Они собирают уже несколько тысяч человек. Аналогичные акции экологической направленности проходят и в других городах, например, в Омске. По вашему мнению, что за этим стоит — реальный подъем гражданской активности населения, корпоративная борьба или политические игры каких-то партий в условиях приближающихся выборов?

— Экологическое движение в стране набирает обороты, это очевидно. Здесь можно упомянуть и Химкинский лес, и борьбу против БЦБК, и против захоронения отработанного ядерного топлива в Челябинской области и в Красноярском крае. Гражданские активисты, которые могут и не входить непосредственно в политические партии, действуют активно. И тот факт, что успешно идет борьба против Енисейского завода ферросплавов, — часть общей тенденции. При этом успех гражданского действия всецело зависит от улицы. Когда в Красноярске на митинг против этого проекта вышло 5 тысяч человек — это грандиозный успех. Тут же «Единая Россия» решила это движение возглавить, оседлать волну и заработать очки. В их искренность не верю ни на секунду, это все манипуляции. Больше того, нельзя быть уверенным, что они не изменят позицию после выборов. Конечно, губернатору Кузнецову такая головная боль не нужна, и я думаю, он будет делать все, чтобы не допустить строительства этого предприятия. Тем более что экологическая нагрузка на край запредельная. Норильск — самый грязный город в стране, Красноярск получше, но ненамного. Во всем этом проекте смущает еще одно обстоятельство — отсутствие видимого собственника. Известно, что за кремниевым заводом в Абакане и за БЦБК стоял Дерипаска, за Химкинским лесом — Ротенберги, за ввозом ОЯТ стоит целый Минатом. Кто стоит за ферросплавами, никто не знает. Я уверен, что у проекта есть лоббисты и собственники в России, кто-то из наших олигархов. В то, что ниточки ведут в Китай, как утверждается, я слабо верю.



Comments are closed.

Так же в номере