Главная » Экономика » МАРП: самореализация в интересах общества

МАРП: самореализация в интересах общества

МАРП: самореализация в интересах общества

«КС» начинает серию публикаций, посвященных 25-летию Межрегиональной ассоциации руководителей предприятий (МАРП). Как только ни называли Ассоциацию: и армией спасения экономики, и лучшей лоббистской организацией Новосибирска, а Солженицын на встрече с представителями МАРП сказал однажды: так вы новое сословие? Сейчас некоторые участники рынка говорят о том, что влияние организации ослабло, другие утверждают, что функции Ассоциации просто перешли в другую плоскость и приняли иное значение. На страницах «КС» основатели и члены организации вспомнят, как все начиналось, расскажут, какие проблемы приходилось решать промышленникам и начинающим бизнесменам в постсоветском пространстве, и как на сегодня изменились задачи и влияние МАРП.

Первым с корреспондентом «КС» поделился своими воспоминаниями генеральный директор «НЭВЗ-Союз» ВИКТОР МЕДВЕДКО, а также высказал мнение о том, способна ли сейчас МАРП содействовать преодолению трудностей, с которыми сталкивается современное промышленное предприятие и его руководитель.

— Виктор Степанович, расскажите, по чьей инициативе и для чего было принято решение создать МАРП?

— 25 лет назад ЦК ВЛКСМ решил создать Ассоциацию молодых руководителей предприятий. Огромную роль в появлении и развитии регионального отделения в Новосибирске сыграл Константин Затулин, известный сейчас политик. Именно он поспособствовал тому, чтобы в Новосибирске появилось первое из многих региональных отделений. При этом нужно отметить, что новосибирская Ассоциация стала единственной, которая сохранилась до сих пор.

Смысл создания системы организаций, объединяющих директоров предприятий, был в то время прост и понятен: экономическая система страны и промышленность в частности нуждалась в серьезном преобразовании, оживлении и применении новых подходов в развитии. Все это и повлияло на необходимость создания Ассоциации.

К тому же тогда только начинала формироваться рыночная система, было много разговоров о рынке, но знали о нем только по книгам и публикациям, суть при этом оставалась совершенно неясной. Именно тогда МАРП начала организовывать зарубежные поездки для того, чтобы набраться опыта, разобраться в современных бизнес-реалиях.

В начале 90-х мы особенно стали друг другу нужны, тогда для экономики страны начался один из самых сложных периодов, в науке и промышленности наступил полный развал, всем приходилось заново вписываться в процесс. Тогда МАРП позволила объединиться руководителям многих ведущих предприятий, чтобы вместе противостоять, с одной стороны, негативным последствиям, а с другой стороны — вместе научиться существовать. На мой взгляд, МАРП серьезно способствовала более быстрому восстановлению экономики региона. Мы очень часто собирались, организовывали дискуссионные площадки, на которых представители промышленности, деятели науки, политологи в процессе обсуждения начинали формировать новые инструменты, новые структуры, необходимые для реализации рыночных механизмов. Понимание приходило через опыт каждого, у одного что-то получилось, у другого что-то получилось, этим опытом мы делились и за счет этого объединялись.

— Кто стоял у истоков Ассоциации и на первом этапе занимался ее развитием?

— Развитием МАРП занялись такие активные и деятельные личности, как Алексей Елезов (генеральный директор ОАО «Синар»), который долгое время был председателем МАРП, Владимир Женов (председатель правления НГ ТПП), занимавший тогда должность исполнительного директора, в совет вошли небезызвестные представители новосибирской промышленности и бизнеса — Александр Курцевич (генеральный директор ЗАО «Сибирская кожгалантерея»), Владимир Костин (президент ООО «Авиатехснаб»), Василий Веретено (Управляющий ГК «Северянка») и многие другие. К слову, первый съезд МАРП проходил в апреле 1989 года, а местом его проведения стала база отдыха завода Чкалова в Бурмистрово. Хочу сказать, что подобрались люди одной позиции, устремлений и обладающие неиссякаемой энергией, в этом нам крепко повезло, именно это делало работу слаженной, а анализ возникающих проблем — более глубоким. Убежден, что если бы в Новосибирске не было такой организации, то многим из нас не удалось бы быстро найти свое направление деятельности и достичь тех результатов, которые были достигнуты, в том числе в промпроизводстве.

Впоследствии к организации стали подключаться много новых руководителей, бизнесменов. Среди них Николай Рычков (генеральный директор ОАО «Новосибирский завод Электросигнал»), Дмитрий Терешков, который сейчас возглавляет Сибирскую хлебную корпорацию, и много других знаковых личностей.

— Когда в деятельности организации произошел переломный момент, новый этап?

— Я бы сказал, что новый виток в развитии МАРП начался именно тогда, когда мы ощутили необходимость влияния промышленности и бизнеса на те законы, которые создаются в обществе. И тогда начался второй этап развития Ассоциации. МАРП всегда являлась неполитической организацией, и мы всегда говорили, что нам очень важно, чтобы те люди, которые находятся во власти, осуществляли все то, что положено делать при развитии рыночной экономики и рыночной инфраструктуры.

Нужно отдать должное, что на том этапе нас поддержал Виталий Муха, потом мы получили сильную поддержку от Виктора Толоконского. В то же время появились вице-губернаторы по промышленности. Со временем одним из таких вице-губернаторов стал Василий Юрченко, он был членом клуба СЭР, которое тоже является объединением промышленников, только военно-промышленного комплекса. Став губернатором Новосибирской области, он по-прежнему много внимания и сил уделяет развитию промышленности области.

— При взаимодействии с властью каких именно результатов удалось достичь МАРП?

— Удалось немало, МАРП занималась вопросами, связанными с энергосбережением, тарифами. Тарифы росли безумно, не было антимонопольного ограничения, поэтому крайне необходимо было урегулировать ситуацию. На тот момент мы добились, чтобы представителей МАРП ввели в состав РЭК, это комиссия по тарифам при губернаторе Новосибирской области. В ее составе очень многого добился Александр Дугельный (генеральный директор ОАО «Новосибирский оловянный комбинат»), он внес огромный вклад, чтобы эта работа была начата.

Когда Вадим Федоров стал заместителем губернатора, тогда совместно с ним и областным Советом было наработано много законов для поддержки предпринимательства, промышленности, начали действовать целевые программы. Также были созданы фонды развития промышленности, выработаны различного рода преференции, которые предоставляются предприятиям.

Вскоре к Ассоциации присоединился Анатолий Масалов, который сейчас является президентом МАРП (генеральный директор ОАО «Сиблитмаш»), Юрий Бернадский, ставший генеральным директором МАРП, они подхватили эстафету у Алексея Елезова и Владимира Женова, и руководят также достойно.

— Когда проще было вести диалог с властью, в 90-е или сейчас?

— Сложнее было, когда все начиналось, потому что мы тогда сами не понимали, какими механизмами можно воздействовать, мы их не знали, действовали на ощупь, встречались с людьми, ездили за рубеж, набирались опыта. Нужно отметить, что так называемый прорыв в сотрудничестве с властью наступил с приходом Виктора Толоконского, Василия Юрченко. Другое дело, что нельзя в отдельно взятой области создать очень много, для того чтобы реальный сектор экономики развивался, нужна конкретная политика в отношении российской промышленности на федеральном уровне.

— Насколько я знаю, вы вышли из совета МАРП два года назад. Это связано с какими-то аспектами деятельности организации?

— Я вышел из совета два года назад, это не связано с самой организацией, я продолжаю дружить с МАРП, участвовать в ее деятельности. Дело в том, что два года назад мы организовали новое предприятие «НЭВЗ-Керамикс» совместно с «Роснано». На его развитие уходит много времени и сил, поэтому я принял решение выйти из совета, тем более ротация важна всегда, нужно обеспечить преемственность.

— Если рассматривать значение МАРП в 90-е — начале 2000-х и сейчас, то как поменялись приоритеты, задачи, влияние организации на происходящие в промышленности и бизнесе процессы?

— Влияние остается достаточно серьезным, ведь его суть не в том, чтобы надавить, а в том, чтобы уметь вести диалог. Выстроить бизнесу диалог с властью — это самая главная задача, поэтому он должен быть основан на здравом смысле, обоюдном интересе и понимании того, что одной и другой стороне нужно. Стандартная схема, по которой работают успешные страны: бизнес обеспечивает налоговые поступление, а власть в свою очередь поддерживает бизнес. Такая модель взаимодействия наблюдается и в странах, которые недавно совершили мощный скачок, — это Китай, Корея, Индия, Бразилия. В России, к сожалению, такая схема еще не отработана, но первые сдвиги уже наблюдаются, и в этом заслуга влияния российского бизнеса, в котором доля МАРП существенна.

— Какие конкретные причины мешают России хотя бы приблизиться к темпам роста основных азиатских стран?

— Сейчас нужно слишком много. У нас произошел серьезный провал. Те люди, которые могут передавать опыт производства, достаточно стары, а те, кто сейчас приходят в производство, слишком молоды, и они не знают специфики профессии, а это достаточно тяжелый труд и серьезная работа. Утрачена преемственность. Соответственно, при создании новых производств мы столкнулись с проблемой того, что учить молодых специалистов абсолютно некому, они варятся в собственном соку и порой делают поверхностные выводы, что приводит к нежелательным последствиям для развития промпроизводства, и это связано с состоянием образовательной системы. Профессорско-преподавательский состав российских вузов, не в обиду будет им сказано, дает знания, которые были актуальны 20 лет назад, преподаватели в этом не виноваты, они просто оторваны от современного реального производственного процесса, производственных систем.

— Два года назад вы создали новое предприятие совместно с «Роснано». Как структурные преобразования такого рода сказываются на развитии бизнеса? И если говорить в общем, насколько региональным промпредприятиям выгодно вхождение в крупные холдинги и госкорпорации?

— Я считаю, что вхождение в крупные корпорации согласно сегодняшней российской схеме — это плюс, в силу разных причин. Прежде всего в силу того, что закон для больших структур и для малых предприятий — не один, конечно, прописаны одни и те же законы, но по факту это не так. Крупным корпорациям значительно легче влиять на принятие каких-то решений, в том числе по федеральным программам, и по остальным вопросам механизмов гораздо больше. Отрицательные моменты, конечно, тоже есть. Потому что все в итоге зависит от политики корпорации, и какие интересы она преследует, и может так случиться, что какие-то предприятия, особенно мелкие, могут стать разменной монетой в большой политике. Но если сегодня выбирать между вхождением в корпорацию и не вхождением, то я считаю, что в первом случае больше плюсов. Для того чтобы развивать промышленность, одним из главных условий является инновационная составляющая. И ни одно мелкое предприятие не способно создать серьезную инновационную базу, которая при этом смогла бы обеспечивать саморазвитие. Хотя такие примеры есть, но они единичны.

— И какие предприятия вы можете привести в качестве примера?

— Могу назвать предприятие «Рим». Они сумели развить эту инновационную часть, создать по-настоящему прогрессивное предприятие и сделать его крупным. Возникает естественный вопрос: за счет чего это получилось? На мой взгляд, это база тех людей, которые создавали компанию, это исключительно их заслуга, среди них Евгений Букреев, один из создателей этого предприятия. Конечно, затраты на инновационную сферу бывают разные, но на сегодняшний день это требует значительных финансовых вложений, причем все они рисковые. Поэтому 5–6% успеха — это уже хорошо, но при этом для бизнеса потери рисковых денег может позволить себе только большая машина с большими оборотами. Большинству малых предприятий, которые изначально требуют технического перевооружения, справиться с отставанием от развитых зарубежных компаний, по моему мнению, невозможно, если смотреть правде в глаза.

— Сейчас в планах государства активно вкладывать в развитие оборонного комплекса страны. Не обнаружим ли мы через несколько лет, что подняли ОПК на приемлемый уровень, но зато провалили ряд других промотраслей за недостатком финансирования?

— Да, это возможно, и зависит исключительно от тех векторов, которые крайне необходимы. Мы видим, по каким направлениям пошло движение, это, очевидно, оборонный комплекс. К примеру, в Новосибирской области мощную поддержку получил завод им. Чкалова. Сейчас, к сожалению, часто бывает так, что общая задача стоит правильно, а входящие задачи остаются без внимания. Поэтому часто из-за того, что сопутствующие задачи не решены, общая цель проваливается. Это мы видели на примере ГЛОНАСС. Если говорить о программах развития, то нужно решать комплекс задач. Это, с одной стороны, тяжелее, потому что требует большего горизонта, но с другой стороны, этим паровозом вытаскивается не только одна отрасль, но и поддерживаются остальные.

— На ваш взгляд, на чем стоит сконцентрировать внимание МАРП, какие проблемы сейчас требуют вмешательства Ассоциации и каким она в состоянии поспособствовать?

— Сейчас идет подготовка законопроекта о промышленной политике. Его обсуждение длится достаточно давно, и реальная экономика достаточно остро нуждается в этом законе. Поэтому проработка закона и механизмов его практической реализации должна стать одной из приоритетных задач МАРП. Само появление закона ровным счетом ничего не значит, это только возможность что-то изменить, и если технология его внедрения не будет обеспечена, то результата ожидать не стоит. Именно поэтому главная задача МАРП на текущий момент — создать механизмы для реализации закона о промполитике и его совершенствования. Сегодня мы не можем сказать, что Россия стоит в ряду промышленно развитых стран, чтобы там ни говорили про нашу экономику, в силу того, что практически ни в одном направлении мы не находимся в числе лидеров, и даже в первой десятке.

Я считаю, и, возможно, то, что я скажу, многим покажется странным, но технология внедрения этого и любого законопроекта только тогда будет проходить эффективно, если произойдет нравственное оздоровление нации, в том числе во всех кругах власти. Это вопрос номер один, он гораздо важнее, чем технические знания или еще какие-то, потому что мы имеем огромный взрыв агрессии в обществе, отсутствие каких-то фундаментальных ценностей, элементарно — любви к стране. Эти факторы способствуют отсутствию желания саморазвития и самореализации в интересах общества. Ценности нужно прививать. Если это произойдет, то и в других сферах жизни будет все реализовываться гораздо лучше. Наглядный пример: в стране принято решение, что нельзя пить за рулем, и дальше что? Вот и весь ответ.



Comments are closed.

Так же в номере