Главная » Политика » Оптимистическая элегия

Оптимистическая элегия

Творец из ничего

После назначения завцеха из Нижнего Тагила представителем президента по Уральскому округу уже не кажется чудом, что Буратино выстругали из полена. Видимо, президент Путин, выражаясь библейским языком, ощутил себя в силах при необходимости «из камней сотворить сынов Авраамовых».

Можно представить себе, насколько осложнит политическую ситуацию это демонстративно абсурдное назначение. Однако вопрос вовсе не в язвительных комментариях, которыми полны все оппозиционные СМИ и Интернет, что, разумеется, еще больше озлобляет главное действующее лицо российской политики. Не в том, что подан очевидный сигнал всем политическим карьеристам, как именно следует себя вести, если хочешь быстро выбиться в люди. Не в том, что на российской почве все больше приживаются среднеазиатские и/или явно деспотические ухватки.

Главный вопрос — это психологическое состояние президента, вокруг которого, по-видимому, не осталось ни одного человека из многочисленных помощников, аналитиков и приближенных, кто бы мог ему авторитетно сказать: «Такие вещи делать нельзя!»

То, что политическая жизнь России так внезапно и резко оживилась при отсутствии каких-либо серьезных предпосылок для этого в экономике, во внутренней и во внешней политике, является просто чудом.

Но это чудо или, точнее говоря, политический кризис власти, является целиком рукотворным. В нем виноват почти исключительно сам Путин. Не было бы неосторожных слов о том, что президент и премьер давно договорились о пресловутой политической рокировке, не было бы вызывающе помпезного съезда «Единой России», неумных и раздражающих высказываний президента о презервативах и бандерлогах, не было бы ненужной и демонстративной фальсификации результатов голосования на выборах в Госдуму — и мы не увидели бы многотысячных митингов оппозиции. Протесты, вероятнее всего, и дальше на несколько лет ограничились бы обычными манифестациями на Пушкинской площади с 2–3 тысячами постоянных участников. Даже 6 мая, при всех ранее совершенных ошибках, стоило бы просто поставить заградительный кордон ОМОНа на десять метров дальше, чтобы не устраивать искусственно давки в толпе и чтобы митингующие могли спокойно пройти на Болотную, — глядишь, и не было бы никаких столкновений, и через пару месяцев протест сам собой постепенно сошел бы на нет.

Но Владимиру Путину как будто хочется быть неизменным плэймейкером российской политики — не важно, в отрицательном или положительном смысле. Бог с ним, с Кэмп-Дэвидом, куда не поехал президент. Ничего удивительного нет в том, что саммиту «большой восьмерки» президент предпочитает Китай и Лукашенко. Приоритеты Путина давно известны, они находятся в русле бессмысленной пропаганды антиамериканизма, проводящегося официальными СМИ без всякой оглядки на насущные потребности российской внешней политики. К этому уже все привыкли.

Но назначить своим представителем неизвестно кого, просто за льстивую демонстрацию собственной преданности президенту в прямом эфире — это новое слово в российской политике. Это презрительный плевок, но уже не в сторону раздражающих Путина оппозиционеров, а как раз в сторону тех консервативно настроенных избирателей, кто за него голосовал.

То, что нельзя кого попало назначать на пост представителя президента, понятно всем, даже в глухой сельской глубинке. Нижнетагильскому выскочке подчинили с пяток губернаторов областей, формирующих треть бюджета страны, а также 12 миллионов человек.

Чем объяснить этот поступок Путина, который сродни введению Калигулой коня в состав римского сената? Тем, что он решил продемонстрировать, что совершенно не считается с мнением не только оппозиции, но и всех остальных? Или это попытка продемонстрировать свою близость к низам? Или просто демонстрация, что теперь все назначения на ключевые посты будут производиться по принципу личной преданности?

Московская коммуна?

Хотелось бы заглянуть хотя бы на полгода вперед, чтобы понять, куда заведет нас такой личный фактор в российской политике.

Маргарет Тэтчер в своей книге «Искусство управления государством» писала, что в прогнозах о том, куда дальше пойдет Советский Союз (Россия), историки всегда оказывались точнее советологов. Вот и сейчас нужно не знание мелких подробностей российской властной верхушки — кто с кем связан, кто чьим протеже является и какими особенностями характера обладает и т. д., а умение провести исторические аналогии и взглянуть на ситуацию в целом.

Академик РАН Вячеслав Иванов в журнале The New Times высказывает мысль о том, что все русские революции являются повторением (с некоторыми вариациями) революций французских. Эта мысль не нова, однако Иванов распространяет данное сравнение и на последние события. По его мнению, то, что происходит в Москве, очень напоминает события 1871 года во Франции, т. е. мы живем в преддверии заключительной фазы буржуазной революции России, начавшейся в 1905 году. (Напомню, что революционные события во Франции также продолжались около ста лет.)

Как всегда, когда присмотришься, совпадения между российскими событиями и французской историей поразительны. Невыносимая централизация, значительный разрыв между столицей и регионами, всеобщая коррупция, постепенное все большее отчуждение власти от общества, нарастающая радикализация лидеров оппозиции. Главную опасность Иванов видит в захвате власти оппозицией в отдельно взятой Москве, возможно, при поддержке части распропагандированного ОМОНа, а может быть, и группы олигархов, обеспокоенных своим будущим. В результате этого захвата в Москве может образоваться подобие Парижской коммуны, которое через короткое время будет самым кровавым образом разогнано Путиным. Разумеется, Ивановым воспринимается это как самый трагический и нежелательный вариант развития событий.

Качество власти, качество оппозиции

Что представляет из себя сегодняшняя оппозиция? Она очень и очень разношерстна, как, собственно, мы видим из кадров с московских митингов и шествий. От солидных москвичей (так и хочется назвать их на французский лад буржуа), молодых представителей среднего класса и студентов до крайних радикалов и националистов и обычных московских психопатов (и психопаток) — пасынков огромного мегаполиса.

Интересно в этом смысле привести здесь комментарии Познера в интервью, размещенном на Youtube под названием «Путин не понимает, что происходит». Характеристику оппозиции Познер начал с убийственного сравнения Немцова с курицей, которой отсекли голову и которая просто продолжает бежать, сама не зная куда. Боюсь, что теперь это сравнение будет всю жизнь преследовать Немцова, который, напомню, не так давно вместе с Путиным катался на горных лыжах, а ныне является его непримиримым противником. Удальцова Познер называет настоящим террористом, оговорившись, правда, что имеет в виду не его методы, а фанатическую приверженность коммунистическим идеям и его образ жизни, в котором голодовки, аресты и митинги протеста вытеснили иные аспекты обычной человеческой жизни, очень важные для любого нормального политика.

Наконец, как и многие наблюдатели, Познер отмечает выраженное стремление к власти у Навального. Но в его интервью более явственно, чем где-либо, прозвучало сомнение в необходимости безоглядной поддержки этого главного на текущий момент лидера протестующих. Познер прав. Было бы глупым, теряя объективность, не замечать очевидные недостатки оппозиции. О политических убеждениях Навального ничего не известно. Да и есть ли они? Почему ни разу ни слова он не говорил о своей политической программе? Не потому ли, что хочет получить все сразу и без каких-либо обязательств? Что он намеревается сделать в случае прихода к власти? И хотя до этого еще очень и очень далеко, вопросы эти далеко не праздные.

Не побоюсь упреков со стороны тех, кто сегодня считает долгом каждого гражданина бороться с Путиным и во всем поддерживать оппозицию. В моей памяти еще очень живо, как я в 1991 году на Федеральном Совете движения «Демократическая Россия» доказывал, что необходима выборность губернаторов, а не назначение их Ельциным. Прекрасно помню шквал криков: «Не надо мешать, пусть Ельцин сам назначит себе помощников!». Результаты не заставили себя ждать, и, например, Новосибирскую область возглавил бывший первый секретарь обкома КПСС Виталий Муха. Нельзя забывать об ошибках недавнего прошлого и искать спасения в новых авторитарных лидерах.

Но наша оппозиция как будто не стремится перерасти в серьезную политическую силу. Вместо партийной работы по всей стране она продолжает заниматься исключительно уличными протестами, которые, совершенно очевидно, сравнительно быстро истощат силы как самих оппозиционеров, так и поддерживающих их москвичей.

Выход из-под очередного ареста Навального ознаменовался его призывом не только провести новую манифестацию 12 июня, но и готовиться к акциям по всей стране. Кто и каким силами будет их организовывать? В рамках избирательной кампании в Новосибирск приезжали представители московской «Лиги Избирателей» — поднимать народ. Невозможно представить себе более слабой организации этого визита. В Новосибирске — третьем по величине городе страны — на улицы 6 мая вышло всего 150 человек!

Не пора ли сделать выводы и перейти к серьезной работе по формированию партии? Однако наши оппозиционеры захвачены модой на московские акции протеста, в которые влился уже чуть ли не весь московский бомонд, вплоть до Ксении Собчак. Такое впечатление, что Навального словно подталкивает сзади радикал Лимонов, кричавший после Сахаровской площади, что у него украли революцию. На подобные фигуры ответственным людям ориентироваться нельзя. Поэтому повторю то, что уже не раз писал в течение последнего года в своих статьях: сегодня спрос на умеренных серьезных политиков типа Рыжкова или Явлинского, чувствующих свою ответственность и с которыми — возможно — власть пойдет на диалог. А диалог с Путиным необходим.

Докричаться до Путина. В режиме диалога

Именно в руках Путина, а не кого бы то ни было еще, находится ключ к реформированию политической системы. По крайней мере еще несколько лет он будет иметь большинство как в Федеральном Собрании, так и в Государственной думе, что позволяет в любой момент внести изменения в Конституцию страны. При этом речь не идет об упреждающих уступках в сторону оппозиции с его стороны, на которые Путин, по-видимому, не способен. Речь идет о его кровных интересах — об отмене пропорциональной системы выборов, т. е. выборов по спискам, а не по округам, что является настоящим проклятием для России.

В очередной раз сменить вывеску «партии власти», как это делалось до сих пор (с «Нашим домом — Россией», «Отечеством», «Единой Россией»), больше не удастся. В условиях, когда Интернет постепенно преодолевает монополию государственных телевизионных каналов на предоставление информации широкому кругу пользователей, это невозможно, что наглядно продемонстрировала попытка с «Народным Фронтом». На следующих выборах любая «партия власти», под каким бы она ни была названием, ассоциируясь с Путиным и «Единой Россией», потерпит сокрушительное поражение. Переход же к мажоритарной системе или выборам по округам гарантирует Путину большинство в следующем парламенте, за счет того, что будут выбраны большей частью представители региональных элит, с которыми ему договориться будет куда проще, чем с нынешней оппозицией. Честно говоря, нахождение Путина у власти еще некоторое количество лет не кажется слишком высокой ценой за обретение Россией большей политической стабильности и за отказ от кровавых сценариев.

При этом нет сомнения, что данная мера будет воспринята «на ура» большей частью российских избирателей, недовольных отсутствием персональной ответственности депутатов перед жителями вполне конкретных округов. Хочется подчеркнуть, что ни одна из оппозиционных партий не способна на эту давно назревшую меру и даже не выдвигает отмену пропорциональной системы в качестве политического лозунга. Руководство всех партий от КПРФ до СПС привыкло формировать списки в Москве, никому не нужна внутрипартийная конкуренция, никому не нужны новые сильные фигуры из регионов, все озабочены только своим статус-кво, а не обновлением политической элиты страны.

И в этом смысле Познер незаменим, к таким, как он, власть прислушивается больше, чем к оппозиции вместе взятой. Нам нужен любой рупор, способный докричаться до власти, пока она не завела нас в очередную российскую революцию. Нам нужна оппозиция, способная жить не сиюминутными личными интересами, а думающая о судьбе всей страны.



Comments are closed.

Так же в номере