Главная » Общество » Цирк и балаган

Цирк и балаган

В не слишком богатой на события новосибирской театральной жизни любой новый спектакль встречается на ура, независимо от его качества и уровня. Отсутствие отрицательных рецензий и отзывов в прессе, невозможность критики — верный признак провинциализма и замкнутости театрального общества на себя. В таких комфортных условиях провалы не считаются провалами, сколь бы беспомощным ни оказывался продукт.

Сцена из спектакля «Каштанка». Ульяна Кирпиченко (Каштанка) и Господин N (Александр Варвин)

О плохом спектакле можно говорить в частных беседах, но назвать кошку кошкой в СМИ ни у кого не повернется язык. Не то чтобы в Новосибирске дело обстоит именно так — есть и критики, и рецензии на провальные постановки порой выходят, но тем не менее, что называется, по умолчанию практически любая премьера вызывает в прессе одобрительный резонанс, а о спектакле читателям и зрителям рассказывают создатели и актеры — объясняют, что именно они хотели сказать своим произведением. Тогда как, понятно, задуманное от воплощенного обычно отличается разительно.

Все вышесказанное — долгое вступление к короткой рецензии сразу на два спектакля. Первый — «Ворон», выпущенный в театре «Старый дом» в конце прошлого года, второй — «Каштанка», недавно поставленная в «Глобусе». Общего между ними немного — в обеих постановках режиссеры стараются превратить театр в нечто совсем иное, в балаган и цирк соответственно. А еще то, что оба эти спектакля очень неудачны.

Начнем с «Ворона» в многострадальном «Старом доме». Театру долго не везет на главных режиссеров, чехарда главрежей длится уже вторую пятилетку, и в этом году коллектив снова остался без творческого руководства. Директор Антонида Гореявчева делает ставку в этом сезоне на приглашенных постановщиков, и, возможно, окажется права. Во всяком случае, уже обещан спектакль в постановке знаменитого польского режиссера Кшиштофа Занусси. Но «Ворон», с которым связывались надежды театра на успех, увы, надежд не оправдал.

Ставил «Ворона» режиссер из Тбилиси Андро Енукидзе, ученик Роберта Стуруа, работающий в Русском драматическом театре. В России про него известно мало, хотя в Грузии он один из самых подающих надежды постановщиков. Общаться на пресс-конференции с ним было одно удовольствие — веселый, обаятельный, уверенный в себе. Правда, не совсем понятно было, почему он взялся именно за «Ворона» Карло Гоцци и что он хочет из нее извлечь. Пьеса у нас в стране известна мало, что неудивительно, — воплотить на сцене запутанную сказку, полную на сегодняшний вкус нелепостей, мало кто рискнет. В сказке действуют два брата, принцесса, волшебник, персонажи итальянской комедии дель арте, а комическое перемешано с трагическим в очень причудливой пропорции. Пересказать историю в одном абзаце решительно невозможно — столько в пьесе всяких заклятий, проклятий и чудесных избавлений.

Очевидно, что и из этой путаной нелепицы можно сделать веселый и трогательный спектакль — но у Андро Енукидзе не вышло. Постановка получилась натужной, надуманной, лишенной настоящего веселья. Многочисленные карнавальные отсылки к телесному низу были неуместными, большинство мизансцен решены слишком примитивно, а искра настоящего юмора проскакивала всего пару раз. Пожалуй, лишь когда Труффальдино и Бригелла садятся на авансцене, свесив ноги в зрительный зал, и перемывают косточки режиссерам: дескать, прошлый был не очень… Да и нынешний тоже… К сожалению, режиссер не ушел в полную «отсебятину» в духе питерской постановки «Pro Турандот» режиссера Алексея Могучего, показанной два года назад в Новосибирске, — получилось совсем никак. Хотя казалось, что еще чуть-чуть — и настоящее отвязное веселье, настоящий балаган начнутся. Но актерам приходилось играть что-то совершенно вымученное, а зрителям — терпеливо ждать занавеса.

«Каштанка» в «Глобусе» — неудача совсем другого рода. Ставила спектакль по хрестоматийному чеховскому рассказу та же команда во главе с Ниной Чусовой, что делала и прошлогоднюю «Женитьбу». Но «Каштанку» на малой сцене поставил супруг Чусовой Юрий Катаев, в «Женитьбе» отвечавший за пластику и хореографию. Сама Нина Чусова отвечала за художественное руководство — приехав за несколько дней до назначенной премьеры, она лихорадочно доводила до ума «полуфабрикат».

Премьера состоялась вовремя, но следы разделения труда остались. История рыжей собачки, похожей на лису, помеси таксы с дворняжкой, потерявшей хозяина и подобранной цирковым актером, превратилась на сцене в прекрасное и туманное сновидение провинциалки о шоу-бизнесе. Бессловесную Каштанку очень живо играет Ульяна Кирпиченко, Елена Ивакина, столь же бессловесная, эффектно изображает «марлендитриховскую» Звезду, Наталья Орлова — весьма колоритную хавронью Ивановну, а из Дениса Малютина вышел совершенно роскошный кот Федор Тимофеевич. Танец кота с Каштанкой — совершенный шедевр эротической хореографии, достойный сцены ночных клубов… За час с небольшим постановщики умудрились показать полтора десятка отдельных пластических и хореографических номеров, и некоторые очень хороши — но для целостности спектакля вся эта роскошь оказалась бесполезна, внятную мысль (кроме знака равенства между гламуром и сновидением) извлечь оказалось вряд ли возможно. То есть налицо очевидная неудача. Но неудача неудаче рознь, и «Каштанка» с уклоном в цирк и без особых претензий на глубину всяко симпатичнее выморочных попыток устроить на сцене балаган.

Сергей САМОЙЛЕНКО


Comments are closed.

Так же в номере