Главная » Стиль жизни » От метафоры до гэга

От метафоры до гэга

В Сибирском центре современного искусства открылась выставка видеохудожника Дмитрия Булныгина, а в кинотеатре «Победа» прошли показы Фестиваля сверхкороткого фильма. События тесно связаны, поскольку Extra Short Film festival, в котором участвуют фильмы короче одной минуты, как раз и придумал Булныгин.

Дмитрий Булныгин — родом из Новосибирска, закончил Архитектурную академию, начинал карьеру как живописец, потом занялся видео. Дмитрий стоял у истоков скандально знаменитой арт-группы «Синие носы» — принимал участие в первых, уже легендарных, видеоперформансах, снятых накануне миллениума в бомбоубежище под рестораном «Мехико», затем стал выступать как ви-джей, затем почти полностью перебрался в Москву и быстро добился успеха. Сегодня он один из самых заметных российских видеохудожников, участвует в выставках и фестивалях первого ряда, таких, как например, «Киношок», «Арт-Базель», FIAC (Париж), «Арт-Москва», — благо, показ видео не требует ни личного присутствия, ни затрат на транспортировку. Работа «Весна» вошла в короткий список премии Кандинского прошлого года, самой престижной российской премии в области современного искусства, а в открывшемся после реконструкции Музея мультимедийных искусств Ольги Свибловой работа Булныгина «Потерявшиеся близнецы» открывала экспозицию коллекции музея.

Фестиваль сверхкороткого фильма, который он придумал и первый раз провел в 2000 году, до 2006 года проходил в Новосибирске, а затем — в Москве. Последние годы ESF шел в серьезных кинотеатрах, «35 мм» и «Пионер».

В Новосибирске полтора года назад на выставке «Смотри!» в недостроенном театре Афанасьева демонстрировалась «Теннисистка» — видео проецировалось на потолок, так что зритель заглядывал условной курниковой под юбку, а осенью прошлого года на площади Ленина рядом с Оперным театром был к гастролям балета Парижской оперы установлен красный куб, на потолок которого проецировался танец четырех балерин-лебедей под техно-кавер Чайковского.

На первой большой персональной выставке в Новосибирске Булныгина под названием «Питательные смеси», которую представил Сибирский центр современного искусства, художник показал шесть видеоинсталляций — психоделических и актиконсьюмеристских. В «Весне» в виде салюта в ночное небо летят куриные косточки, вилки-ложки и кусочки колбасы; девушка, спроецировананя на большой вращающийся шар (привет «Девушке на шаре») непрерывно заглатывает цветную кишку-колбасу; очередь унылых черных силуэтов катит свои магазинные тележки с товарами в «Плохой карме». Параллельно буйным цветом расцветают галлюцинаторные цветы их женских и мужеских конечностей и мягких мест, от которых зрителю, чувствующему себя пчелой по уши в пыльце, глаз не оторвать — напоминая о тех же потребительских аттракторах, голом теле, превращающем любой товар в лакомое угощение.

На следующий день после открытия выставки в кинотеатре «Победа» открылся и недельный показ программы «Во лучших» — избранного фестиваля за десять лет, включающего самые свежие фильмы. Об особенностях фестиваля собратьев стоит напомнить. Главная — ограничение длины фильмов, участвующих в конкурсной программе. Фильмы не длиннее одной минуты, должны иметь формальные признаки «большого кино» — название, сюжет и финал. Участвуют все жанры и направления, это может быть документалистика, анимация, игровое кино, все что угодно. То есть фестиваль находится на стыке современного искусства, независимого кино и анимации. ESF является единственным фестивалем такого рода в России. География участников фестиваля — все континенты, разве что кроме Антарктиды. Большая часть авторов — современные художники разных поколений и профессиональные режиссеры кино и анимации, а так-же кино и арт-любители, студенты, рабочие, домохозяйки, пенсионеры. Количество иностранных участников обычно составляет около половины от общего количества авторов. В международное жюри фестиваля входят ведущие современные художники, арт- и кинокритики, режиссеры, кураторы и продюсеры. Уникальность фестиваля в том, что к одноминутным фильмам эксперты и жюри предъявляют требования «большого» кино. Понятно, что критерии сюжета довольно расплывчаты — но в большинстве работ обязательно присутствовало сюжетное зерно, сведенное к гэгу — являющемуся, как выразился один из кинокритиков, своеобразной ДНК кино.

Снимают фильмы на все что угодно — даже на телефоны, и это заметно по качеству картинки. Качество картинки, впрочем, критерий не главный — и публика реагировала смехом и аплодисментами на остроумие, неожиданность фабулы, а не на технические «навороты». Фестиваль, при все более широком распространении цифровых технологий и доступности любой съемочной аппаратуры, подтверждает, во-первых, ту нехитрую мысль, что кино можно снимать даже на мобильный телефон (часть фильмов-лауреатов так и снята), без дорогущих технологий, вдали от признаных киноцентров (фильмов из Сибири в программе было более десятка — Новосибирск, Кемерово, Барнаул, Красноярск), а во-вторых, что количество интересных работ в конкурсе стабильно — то есть что даже в малобюджетном кино талант важнее всего. В общем, можно считать, что возвращение фестиваля в Новосибирск прошло успешно.



Comments are closed.

Так же в номере