Главная » Стратегии успеха » Вся власть - Советам

Вся власть — Советам

АКТУАЛЬНАЯ ТЕМА — ТОЧКА ЗРЕНИЯ

Вся власть — Советам

Законодательная власть в регионах получила шанс стать самостоятельной политической силой, независимой от исполнительной власти. Инициативы президента РФ Владимира Путина, передающего право утверждения губернаторов парламентам субъектов Федерации, создали для этого объективные предпосылки. Конечно, это не означает, что две ветви власти немедленно поменяются ролями, просто появилась такая возможность. Дело теперь за субъективным фактором: захотят ли сами парламентарии воспользоваться предоставленным шансом и решиться на собственную политическую игру. Или верх возьмет привычка «конструктивного диалога», нарушавшая принцип разделения властей не только на федеральном уровне, но и в регионах.

Несмотря на внушительный внешний вид, законодательной власти не хватает политического веса. На фото — сессия Новосибирского областного Совета депутатов

При обсуждении инициатив президента Путина основное внимание политологи уделяют бесправности региональных законодательных собраний перед федеральной властью. Действительно, по новому закону два отказа голосовать за президентского кандидата — и роспуск, а отвергнутый кандидат все равно будет править регионом, только уже с приставкой «и. о.». Но по сути это просто законодательно-прописанное отражение реального соотношения сил между двумя ветвями власти, которые давно не равноправны.

Законодательная власть подчинена исполнительной. И особенно уродливые диспропорции в отношениях двух ветвей власти сформировались именно в регионах. Ведь если в Государственной думе РФ у Владимира Путина пропрезидентское большинство сегодня составляет более двух третей депкорпуса, то у Амана Тулеева в областном Совете Кемеровской области прогубернаторское большинство — почти 100%! На выборах в апреле 2003 года блок «Служу Кузбассу» (сменивший название «Блок Амана Тулеева» времен выборов-1999) взял 34 из 35 мест. А через год и единственный «нетулеевец», депутат Олег Матюшенко признал себя «сочувствующим» блоку «Служу Кузбассу».

Как строятся отношения исполнительной и законодательной властей в Калмыкии, Татарстане, Башкортостане и прочих южно-национальных республиках, лучше не вдаваться в подробности. Что касается сибирских регионов, то по уровню демократичности они делятся на две категории. Те, где губернаторы правят «твердой рукой», — и там у парламентов, мягко говоря, нет шансов на самостоятельность. И те, где губернаторы допускают демократию.

Например, в Новосибирской и Томской областях или Красноярском крае региональные парламентарии считаются самодостаточными политиками. (Слово «самодостаточность» нередко звучит из уст депутатов Новосибирского облсовета.) Однако среди достоинств парламентариев в таких регионах видное место занимает и «конструктивное взаимодействие» с исполнительной властью.

В результате решения, принимаемые законодателями, не противоречат планам губернаторов. Публичной критики губернаторов с трибун этих парламентов также не звучит. Получается, что иная конструктивность мало чем отличается от тоталитарной «карманности».

После выборов 7 декабря 2003 года, когда конституционное большинство «Единой России» стало явью в четвертом созыве Государственной думы РФ, политологи (и не прошедшие в Думу политики демократической волны) ужаснулись тому, что российский парламент угодил под пяту исполнительной власти и теперь будет послушно штамповать законопроекты, вносимые правительством РФ. Но если на федеральном уровне усиление «ЕР» обрекает Госдуму РФ на зависимость от исполнительной власти, то в регионах, где отношения «губернатор-ЗС» также строятся по принципу подчиненности, с усилением «Единой России» ситуация совершенно обратная.

С реализацией последних президентских инициатив баланс политических сил может поменяться. У депутатов региональных ЗС, добрая половина из которых «единороссы», появляется могущественное покровительство в лице московского руководства «ЕР» (и Кремля за ним). Федеральный масштаб этой силы создает для региональных парламентов второй центр политической тяжести, который способен уравновесить политическое притяжение главы региона. А это создает возможности для маневра. Ведь чем ближе момент представления президентом «высшего должностного лица субъекта Федерации», тем сильнее действующий губернатор начнет нуждаться в поддержке депутатов ЗС. То есть зависимость станет уже взаимной, а не односторонней. И даже в случае открытых конфликтов у депутатов, по новому закону, появляется рычаг влияния на главу исполнительной власти — возможность обратиться к президенту РФ с представлением на отзыв губернатора.

Вопрос в том, захотят и сумеют ли парламентарии использовать новый центр политической тяжести как точку опоры? Пока «настоящих буйных мало». Сферы интересов давно поделены, правила игры определены, политической оппозиции губернаторам нет ни в одном сибирском регионе. Но представляется, что реально воспользоваться складывающейся ситуацией способны уже не «чистые политики», а депутаты, аффилированные с федеральными ФПГ. Потому что политические конфликты разгораются или угасают в зависимости от конъюнктуры, а тяга бизнеса к захвату рынков вечна.

Новейшая история исполнительной власти подсказывает, что самые дорогие и скандальные губернаторские выборы в Сибири проходили в Красноярском крае в 2002 году. А самые громкие скандалы в законодательной власти — смена двух спикеров ЗС за один созыв — связаны с Иркутской областью. Роднит эти два региона как раз то, что на их территории работает сразу несколько мощных ФПГ, интересы которых периодически начинают расходиться. Наращивая свое присутствие в экономике региона, ФПГ будут стремиться параллельно увеличивать свое представительство и в законодательных собраниях. Тем более что по новым правилам влияние региональных депутатов возрастает. Результаты недавних выборов в ЗС Иркутской области подтверждают это.

10 октября при поддержке «ЕР» депутатами стали представители едва ли не всех ФПГ, работающих на территории области: президент НПО «Иркут» Алексей Федоров, гендиректор ОАО «Саянскхимпласт» (контролируется «Реновой») Виктор Круглов, гендиректор ОАО «Коршуновский ГОК» (ФПГ «Мечел») Игорь Хафизов, гендиректор ОАО «ИркАЗ-СУАЛ» Игорь Гринберг, председатель правления банка «Сибирское О.В.К.» (ФПГ «Интеррос») Александр Ведерников. Вот такому составу ЗС предстоит уже в будущем году утверждать кандидатуру губернатора Иркутской области. А губернатору Борису Говорину имеет смысл в оставшееся время проявить «конструктивность», налаживая отношения с новым составом ЗС.

Не за горами и выборы ЗС в Красноярском крае, который к тому же прирастает Таймырским и Эвенкийским АО (то есть богатствами недр этих автономий). И ФПГ, контролирующие ситуацию в крае, заинтересованы как минимум не снизить уровень своего влияния в укрупненном субъекте Федерации. Поэтому очень вероятно, что нынешняя политическая стабильность в крае может смениться накалом политических страстей не к губернаторским выборам, а раньше — к выборам ЗС.

До конца следуя логике этой гипотезы, к 2008 году отношения исполнительной и законодательной ветвей власти и на федеральном уровне поменяются фундаментально. Именно к этому времени — концу второго президентского срока Владимира Путина — ведущие политологи страны предрекают преобразование Российской Федерации из президентской республики в парламентскую. В этом случае Владимир Путин сможет продолжить управлять страной, пересев из президентского кресла в кресло премьер-министра, которым автоматически становится глава партии, победившей на парламентских выборах. Кстати, европейский аналог подобного политического устройства — Германия. Герхард Шредер стал федеральным канцлером после того, как его социал-демократическая партия победила на выборах в Бундестаг. А немецкую политическую систему Владимир Путин мог наблюдать еще будучи простым офицером КГБ.

Нынешний рост «Единой России» обеспечивает успех и «партии власти» на парламентских выборах, и лично Владимиру Путину, если он сменит Бориса Грызлова на посту лидера «Единой России». И когда центр политической тяжести переместится в законодательную власть, уже исполнительная власть окажется на вторых ролях.

Бюджетная лояльность

Примером лояльности Новосибирского областного Совета депутатов стало принятие нынешним летом закона «Об исполнении областного бюджета Новосибирской области за 2003 год». Вначале при рассмотрении в комитетах исполнение бюджета вызвало у депутатов возмущение: бюджет, утвержденный облсоветом как бездефицитный, по факту исполнен с дефицитом почти в 1 млрд рублей; парламентарии принимали предельный объем внутреннего долга области в сумму чуть более 4 млрд рублей, а по факту он составил 5,3 млрд.

Нарушений и вольного отношения с утвержденными нормативами при исполнении бюджета депутаты отметили предостаточно. Например, администрация Новосибирской области в конце 2003 года обратилась к руководству нефтебазы «Красный Яр» и попросила профинансировать бюджет дополнительно на 650 млн руб. Вскоре (в начале 2004 года) эти деньги были нефтебазе возвращены. Формально обладминистрация поступила законно. Только председатель комитета по экономике Николай Мочалин резюмировал: «За долги бюджета-2003 будет рассчитываться текущий бюджет». Тем не менее 24 июня исполнение бюджета было утверждено в первом чтении с рядом замечаний. А 29 сентября закон приняли во втором чтении, хотя требования депутатов были выполнены лишь частично.

Кадровая лояльность

Губернатору Виктору Крессу без труда удавалось проводить через Государственную думу Томской области практически любые решения. В октябре 2003 года, после очередной победы Виктора Кресса на губернаторских выборах, депутаты почти единогласно утвердили Вячеслава Наговицына (по представлению губернатора) в должности его первого заместителя. Но на следующем собрании Думы, через месяц, вице-спикер Григорий Шамин неожиданно заявил, что депутаты неправильно проголосовали: по регламенту необходимо было тайное голосование, а не открытое. Переголосовали, и когда подсчитали результаты, выяснилось, что Наговицын не утвержден — то есть когда появилась возможность голосовать тайно, а не на глазах у губернатора, большинство депутатов проголосовали против такого первого зама. Ни Кресс, ни сам Наговицын к такому подвоху готовы не были. Практически сразу было объявлено закрытое заседание, в ходе которого губернатор два часа объяснялся с депутатами «на повышенных тонах». И уже на следующем собрании, в ноябре, депутаты большинством голосов все-таки утвердили Наговицына в должности, причем перед голосованием никто из них не скрывал, что сегодня будет голосовать «за».

Дмитрий ТРОСТНИКОВ


Comments are closed.

Так же в номере