Главная » Политика » Поделить или обустроить?

Поделить или обустроить?

Вопросы административно-территориального и национального устройства России приобрели в последнее время заметную остроту. Тенденция такова, что все больше людей, ранее политически безучастных, присоединяются к обсуждению этой тематики в Интернете и в офлайне. 22 октября в Москве и ряде других городов России прошла акция «Хватит кормить Кавказ!», затем этот лозунг был поднят на «Русском марше» 4 ноября. В Новосибирске подобная акция 22 октября впервые состоялась под лозунгом «Хватит кормить Москву!». Как далеко могут зайти призывы «переделить» Россию, корреспондент «КС» Юрий Курьянов предложил высказаться двум известным российским политическим публицистам и аналитикам Константину Крылову и Николаю Старикову.

«Необходимо построение русского национального государства»

Константин Крылов. По образованию философ и кибернетик. Писатель, публицист, известный блогер. Президент «Русского общественного движения — Россия», главный редактор «Агентства политических новостей» и журнала «Вопросы национализма». Под псевдонимом Михаил Харитонов опубликовал ряд произведений в жанре фантастики. Известен как один из лидеров общественного мнения, призывающих к отделению от РФ кавказских территорий. Идеолог национал-демократов (популярное направление современной общественно-политической теории и публицистики, которое утверждает, что формирование в России западных демократических стандартов возможно только в условиях превращения РФ в русское национальное государство).

— Какая, на ваш взгляд, существует логическая связь между двумя вариантами призыва «Хватит кормить» — Кавказ и Москву? И как вы, москвич, относитесь к его «антимосковской» версии?

— Разумеется, связь прямая. Потому что лозунгов кампании три: «Хватит кормить Кавказ!», «Хватит грабить русские регионы!», «Долой партию жуликов и воров!». И в этом смысле «Хватит кормить Москву!» — это всего лишь перефразированный лозунг о русских регионах.

В России создана система масштабного ограбления русских регионов. В региональных бюджетах остается не более 23–25% от всех собираемых на территории налогов, а местный бюджет получает не более 10–15%. Заработанное тяжелым трудом русских людей богатство отбирается, а деньги свозятся в Москву, чтобы их там «перераспределили». По ходу дела распределяльщики набивают собственные карманы, а что туда не уместилось — тратят на так называемый «международный престиж». Дело дошло до того, что нищая Россия легко прощает многомиллиардные долги третьих стран и еще оказывает им многомиллиардную финансовую помощь. И это когда русские регионы нищают и вымирают, когда разрушается инфраструктура, а новая не создается.

Русские националисты выступают за радикальный пересмотр отношений между центром и регионами. Собранные в регионах деньги должны оставаться в регионах и тратиться прежде всего на их развитие. Я также думаю, что федеральный центр должен обосновывать свои траты перед регионами — в той или иной форме.

А что касается Москвы… Я сам москвич и люблю свой город — точнее, то, что от него осталось. Но именно поэтому я ненавижу ту свору упырей, которые обосновались в Москве. И понимаю, что когда говорят «Хватит кормить Москву!», речь идет именно о них, а не о московских пенсионерах, врачах и учителях.

— Владимир Путин выступил с идеей создания Евразийского экономического союза. Можно видеть в этом его предвыборный пиар и ряд других мотивов. Но не кажется ли вам, что одной из причин резкого усиления внимания к интеграционным процессам на постсоветском пространстве со стороны российских властей как раз является осознание ими реальности угрозы дезинтеграции уже Российской Федерации? И поэтому они пытаются надеть на Россию некий «интеграционный обруч» в надежде, что он предохранит ее от распада. Если это так, то насколько, на ваш взгляд, эти расчеты обоснованы?

— Скорее это логичное продолжение войны с русским народом, которую ведет российская власть. Сейчас ей в этой войне нужны союзники, и она видит этих союзников в окружающих Россию государствах. Им будет предложена выгодная сделка: любые экономические преференции в России плюс открытые границы, чтобы ввозить толпы и толпы новых мигрантов, которыми заселяют русские земли. В обмен российская власть получит возможность кошмарить русских еще и во имя «перспектив евразийской интеграции».

— Как бы вы прокомментировали слухи о том, что США сейчас ставят перед той частью либеральной общественности России, которая получает от них поддержку задачу ни в коем случае не поднимать вопроса об отделении Северного Кавказа от России? И если это правда, то что заставляет американцев заботиться о сохранении «территориальной целостности России»?

— Запад вполне устраивает то, что делает Путин с Россией и русским народом. С русским национальным государством пришлось бы считаться, а с путинской гнилушкой можно разговаривать просто: вы нам отдаете свои ресурсы, деньги свозите к нам же, а мы вам позволяем еще немного пожить… А поскольку Кавказ является государствообразующим регионом РФ, реальной «метрополией» (о чем теперь говорят открыто — «Чечня является краеугольным камнем российской государственности», как выражаются кремлевские чиновники), то отделение Кавказа — крайне опасная идея не только для кремлевских, но и для всей системы сложившихся отношений с РФ. «Этого не надо».

— Вас относят к национал-демократам. Что это означает? Расскажите читателям деловой газеты, в чем основное содержание этого общественно-политического течения?

— Все националисты сходятся на том, что необходимо построение русского национального государства, в котором русские были бы хозяевами, а не нежеланными гостями, как в РФ. Споры начинаются по поводу того, как обеспечить русским этот статус.

Существуют, в общем-то, две точки зрения на этот вопрос. Первая — что русским необходима авторитарная «национальная диктатура», достаточно жесткая и действующая внеправовыми методами, которая одна способна сплотить и повести наш народ к сияющим высотам. И вторая — что русские могут достичь своих целей, используя демократические институты.

Выбор между этими точками зрения связан с тем, как мы оцениваем русский народ. Если считать русских не европейским народом, а дикарями-азиатами, не понимающими собственных интересов, то, конечно, никакой демократии в России быть не должно, а нужна именно «национальная диктатура» во главе с каким-нибудь вождем, лет этак на сто. Если же мы считаем, что русские — это европейский народ, вполне способный отстаивать свои интересы мирным и законным путем, то наилучшим средством строительства национального государства будет именно демократия. Хотя бы потому, что русские, составляя около 80% населения страны, являются абсолютным большинством — и, соответственно, все механизмы, утверждающие волю большинства, будут работать в пользу русских.

Так вот, национал-демократы придерживаются именно второй точки зрения. Мы хотим построить в России национальное государство на тех же принципах, на которых было построено большинство успешных стран Западной и Восточной Европы. То есть государство национального большинства. Иными словами — обычную европейскую страну с понятными и честными отношениями собственности, независимой судебной системой, некоррумпированной полицией и чиновничеством, многопартийностью, свободными выборами чиновников всех уровней, самоуправлением, широкой бюджетной автономией регионов… В общем, со всем тем, что русским так нравится на Западе и что они хотели бы иметь у себя.

— И последнее. Каково, на ваш взгляд, будущее России? Что нас может ждать? Каковы варианты ближайшего и более отдаленного будущего?

— Тут все просто. Или Россия будет русским национальным государством — или ее не будет. Что возникнет на ее месте и как оно назовется — каганатом, халифатом или евразийским каким-нибудь союзом — этим пусть интересуются будущие историки. Для нас в таком случае «все кончится». Если, конечно, мы не успеем раньше.

«Скоро мы увидим другого Путина»

Николай Стариков. По образованию экономист. Как писатель дебютировал в 2006 году, автор 11 книг по российской истории, актуальным проблемам современной экономики и политики («Кто убил Российскую империю?», «Мифы и правда о Гражданской войне. Кто добил Россию?», «Кто заставил Гитлера напасть на Сталина?», «Национализация рубля — путь к спасению России», «Кризис: как это делается?» и ряда других). В настоящее время является коммерческим директором петербургского филиала Первого телевизионного канала. В современной российской политической публицистике известен как один из самых последовательных сторонников Путина.

— Вы выступаете в поддержку идеи Путина об интеграции постсоветского пространства. А между тем в самой России появляются суждения о том, что даже в нынешних границах Россия слишком большая и неудобная для комфортной жизни. Например, становится популярным лозунг «Хватит кормить Кавказ».

— Интеграцию постсоветского пространства и дезинтеграцию России, конечно, совместить невозможно. Но вы обратите внимание на то, что идеи децентрализации России, отделения Северного Кавказа начинают активно вбрасываться в общественное сознание как раз после того, как российское руководство попыталось запустить процесс объединения обломков СССР. Наши геополитические соперники этого очень боятся.

Что касается лозунга «Хватит кормить Кавказ», то я написал статью «Хватит кормить Кавказ? Хватит кормить Россию!», в которой утверждаю, что те, кто сегодня метят в Кавказ, завтра обязательно ударят по России. Так уже было, когда разваливали СССР, все республики считали, что их объедают, но после распада единой страны лучше жить никто не стал.

На самом деле на Западе подспудно уже давно пытаются воплотить в жизнь именно этот принцип: «Хватит кормить Россию!». Огромные ресурсы нашей страны нужны для благополучной жизни комфортной Европы, а наличие в России большого количества местного населения этому сильно мешает. Мы потребляем то, что нужно Западу. Ведь для добычи минерального сырья и его вывоза из России здесь хватило бы и 15 миллионов человек. И те, кто вольно или невольно ослабляет свою страну, работают против восстановления единого экономического и политического пространства на месте бывшего СССР, подталкивает к дезинтеграции и саму Россию, должны понимать, что тем самым они лишают будущего себя и своих детей. У слабой России будущего нет, а она очень быстро станет слабой, как только здесь начнут выяснять, кто кого объедает. Мы все это недавно проходили.

— Чтобы не быть банальным, хочу вас спросить не «что делать?», а что, на ваш взгляд, нужно современной России — западная демократия, «самобытная демократия», «диктатура развития» или что-то еще?

— Что касается той политической системы, которая в политологии называется демократией, то мы ее в 90-е годы ХХ века более или менее успешно скопировали у Европы. Причем без всяких поправок на нашу ментальность, на многонациональный характер нашей страны. А эти поправки очень важны. Например, можем ли мы себе представить работающую парламентскую демократию в любой из наших северокавказских республик? Парламентская демократия предполагает партийные деления, а на Кавказе партийность серьезной роли играть не будет, зато важна национальная, тейповая, родовая, клановая принадлежность. В самой России были традиции вечевой, общинной демократии, но многопартийная демократия, когда много партий и все между собой ругаются, у нас никогда не работала и работать не будет. Поэтому тупое копирование иностранных моделей ничего хорошего нам не принесет.

А что нам нужно? Выдумывать что-то новое нам не нужно, нужно просто вспомнить свою историю. Какая у нас была форма власти, когда мы достигали наибольших успехов в своем развитии? Это точно не была демократия. Поэтому, если мы отбросим в сторону все идеологические штампы, то должны будем признать, что развитие России шло успешно только тогда, когда у нас существовала твердая авторитарная власть. Но как только у нас начинались идейные споры, наступал плюрализм, это кончалось плохо, что после февраля 1917-го, что при Горбачеве.

Не хочу сказать, что у нас не должно быть разных точек зрения, это неизбежно, но должна быть единая политическая воля, которая, аккумулируя разные точки зрения, двигает страну вперед.

— Но из истории мы также знаем, что «двигая страну вперед», авторитарная власть быстро отрывалась от народа и начинала о своих интересах думать больше, чем о развитии. Рвалась связь между властью и народом, и это приводило к потрясениям так же, как и разгул плюрализма. Как при авторитарной власти обеспечить связь власти и общества? Похоже, для России это ключевой вопрос.

— На самом деле рецепт один на все времена. Это создание национально ориентированной, национально мыслящей элиты. А такая элита четко понимает, что без сильного государства и без народа она не элита, а куча навоза на дороге истории. Если за вами не стоит ваше государство и ваш народ, то вы никто для элит других стран, даже если вы переведете туда свои состояния и отправите свои семьи. Российские олигархи этого еще не поняли. И у нас национальной элиты еще нет. Но тогда, когда такая элита появится, то она, пусть даже из шкурных соображений, начнет укреплять и развивать свое государство, и вот тут формируются совместные интересы правящего слоя и народа.

Такая элита существует в англосаксонских странах, и этому у них можно поучиться. У нас же, кроме разрыва между верхами и низами, всегда существовала проблема передачи власти от одного правителя или политического лидера другому. И сохранения при этом преемственности власти, политического курса и стратегии развития страны. Эту задачу не смог решить даже Сталин.

— А сейчас она решается?

— Та преемственность власти, которую мы сейчас наблюдаем, может вызывать определенное уважение, потому что даже самые великие политики нашей истории не смогли сделать то, что произошло на наших глазах в самое последнее время. Мы видим передачу власти без потрясений.

— Вы «идете против тренда», ведь большинство экспертов, политологов в России и за рубежом отрицательно оценивают то, что они называют «тандемократией», то есть временное исполнение Медведевым роли президента и предстоящее возвращение на этот пост Путина.

— Мне все равно, в «тренде» я или нет, мои взгляды от этого не меняются. Считаю, что основная задача любой власти — это сохранение стабильности в стране, потому что все хорошее, что сделает любая власть в России, пойдет прахом, если только она не сможет обеспечить стабильность и преемственность политического курса. Путин это сделал, причем не выходя из правового поля, не переписывая Конституцию и тем самым создавая традицию уважения к действующим законам.

— Путин обеспечил стабильность, но не смог обеспечить развития, а мы, опять же, по собственной истории знаем, что стабильность без развития — это застой и стагнация.

— Путин и не мог обеспечить развития при отсутствии национальной элиты, а ее еще нужно создать. Пока же есть только узкий круг политических руководителей страны, которые пытаются вывести ее из того тяжелого состояния, в котором она оказалась.

— Тогда, по-вашему, мы скоро увидим другого Путина?

— У него нет другого выхода. Он должен будет проводить достаточно жесткую политику, бороться с коррупцией и заняться реинтеграцией постсоветского пространства, восстанавливать некогда единую страну, пусть и в иной форме и под другим названием, допустим, Евразийский экономический союз, иначе Россию ждет историческое небытие.



Comments are closed.

Так же в номере