Главная » Спецвыпуск » Николай Воронков: "Если изменится отношение к деревне, то молока и мяса хватит на всех"

Николай Воронков: «Если изменится отношение к деревне, то молока и мяса хватит на всех»

Жители крупных городов привыкли к мясному и молочному изобилию магазинов. Кажется, что никогда не было пустых прилавков, талонов и очередей. Означает ли товарное насыщение даже самого маленького продмага, что российский АПК возродился? И то, что не удавалось в течение многих лет, несмотря на совещания и пленумы, наконец случилось. За ответом на этот вопрос мы отправляемся в СПК «Луковский» Ордынского района. Его директор Николай Георгиевич Воронков — заслуженный работник сельского хозяйства России, согласился встретиться с корреспондентами «КС».

Несмотря на шедший с утра мокрый снег, редакционная «Волга» доехала до «Луковского» всего за час с небольшим. Поворот с Ордынской трассы — и вот мы уже у здания правления. Кооператив «Луковский» — известное в Новосибирской области предприятие. По ряду показателей это одно из лучших и благополучных среди более чем 500 сельхозпредприятий областного АПК хозяйство. Кооператив работает с прибылью, вовремя выплачивает налоги и зарплату, рассчитывается за взятые в лизинг комбайны, строит не только производственные помещения, но и жилье для работников. Достигнутые показатели таковы, что к руководителю этого хозяйства приезжают за опытом специалисты многих районов области.

— Николай Георгиевич, величина надоев больше 5000 литров в год на корову впечатляет, когда-то об этом даже не мечтали…

— Жизнь заставила. Мы сегодня отслеживаем каждый килограмм молока. В «Ирменском» доят 20 литров в сутки на корову, мы — почти 16. Больше в районе и области не доит никто. Если зимовка завершится нормально, надеюсь, будем получать 5500 литров в год на корову, а это уже серьезный показатель.

— Прошедший год был для вас удачным?

— Не совсем, подвела погода, как и в большинстве хозяйств, был неурожай. Маловато оказалось сенажа, силоса, фуражного зерна. Потенциал у наших коров хороший, но кормов не хватило. Однако в этом году появился и дефицит молока в области.

— Основной источник доходов хозяйства — молоко?

— Да. От молока получаем более двух миллионов рублей ежемесячно. Особенно в этом году, когда рынок расставил все на места, и цена на него выросла. Средняя цена нашего молока в первом квартале — 7,80 руб. за литр. Это позволило хозяйству иметь деньги на горючее, зарплату работникам, оплату электроэнергии. В общем, сегодня я за счет молока все свои основные проблемы решаю.

— А не основные?

— Нет. Молоко должно сегодня стоить 10 руб., тогда хозяйство сможет нормально развиваться.

— СПК «Луковский» — это не только производство молока, но и племенное животноводство, полеводство?

— И все таки я как руководитель должен сегодня все внимание акцентировать на молоке, потому что рынок его требует. Хорошего качества и в больших объемах. Пока по нашему району тенденция к снижению производства молока. Те мощные молокозаводы, которые стоят в Новосибирске, готовы брать качественное молоко до 1000 тонн в сутки, но сегодня нет и половины этого объема.

— Почему возникло такое отставание?

— Линии из Швеции привезти можно, а вот все остальное — нет. Оно должно быть своим. Сегодня наблюдается тенденция уничтожения поголовья. Областная администрация обращается — не уничтожайте скот. Но как не уничтожать, если в хозяйствах нечем кормить и нечего сеять? Что сегодня делать деревенькам, которые имеют по 200 коров? Производство у них нерентабельно. А там, где полная обездоленность, нет зарплаты и потенциала для роста, люди начинают заниматься не тем, чем положено, — пить, воровать. Они все равно уничтожат скот. Добавьте болезни, нерадивое отношение пьяной доярки или скотника к коровке и так далее. Я наблюдаю за рынком молока и вижу — молока нет, и пока ему неоткуда взяться. Если в области стадо сократилось на 15 тыс. голов, а у нас в районе всего 6 тыс., то считайте, что ушло два района.

— А СПК «Луковский» может увеличить объем производства?

— Думаю, что может, и мы на пути к этому. Решаем вопрос увеличения продуктивности, проводим племенную работу, занимаемся рационными кормами. Нужны коровы, которые бы давали 6 тысяч литров, мы занимаемся их воспроизводством. 6 тысяч — не отдаленная перспектива, но нужна кормовая база. Без кормов и добавок в рацион молока не будет. Обязательно нужно увеличить поголовье. Места на ферме позволяют иметь 1200 голов, а сегодня у нас пока только 700.

Области требуется качественное молоко. В новые линии вложены деньги, и от них должна быть отдача. Поэтому у животноводства появляется перспектива. Не разберут же линии, чтобы увезти их обратно в Москву. Да и вокруг нее сегодня молочный вакуум. Я хочу давать молоко за счет увеличения поголовья и продуктивности. Причем молоко — это не отдельный вопрос, все взаимосвязано. Увеличим стадо на 300 голов — сдадим больше молока. Мяса сдадим не 10 тонн, а 15, получим за него не 2,5 а 3,5 млн руб. Деньги позволят расшириться, приобрести технику, повысить зарплату работникам. Обновим фонды, приобретем шведские доильные аппараты, охладитель за 300 тыс. руб. Увеличив поголовье коров, вместе с ним расширим и шлейф молодняка. Если у «Луковского» сбыт будет на уровне 60 млн руб., то это уже та цифра, которая даст возможность хозяйству развиваться.

— В отношении полеводства есть программа?

— Полеводство мы не бросаем. Но оно дает один урожай в год. Делать на него ставку — значит ждать, будет зерно или нет. Многие хозяйства от этого погибают. Зерна нет — попадают в финансовую зависимость от банка или инвестора. Мы планируем расширить полеводство в связи с ростом стада. Обязательно увеличим объем силоса, сенажа, комбикормов, зерна. Но само зерно для нас — побочный продукт. Можно сдать его от силы на 10 млн руб., а от животноводства можно получить в несколько раз больше.

Нужна стабильная кормовая база — чтобы была вспаханная зябь, удобрения, отлаженные севообороты, комплексная агротехническая программа. Тогда урожай будет не 22, а 30 центнеров. «Луковскому» не хватает посевных площадей. 3,5 тыс. га земли под зерновые — это для нас мало. Будет больше зерна — будем лучше обеспечены фуражом. А если будут излишки зерна, их всегда можно сдать. У нас есть мельница и пекарня, мелем муку, в Ордынском снабжаем хлебом больше десятка магазинов.

— Почему не занимаетесь переработкой мяса и молока?

— Я считаю, что этим должен заниматься переработчик. Есть в районе хозяйства со своей переработкой молока. Ну и что? У меня цена 7,80, у них — 8,20 руб. за литр, это уже в тетрапаках. Какой смысл? Я посмотрел, сколько вложено Москвой в молокозаводы. Это же миллионы долларов, как с ними конкурировать? Я должен произвести качественное молоко, а переработчик должен его переработать. Был в Швеции, там нет такого, чтобы у фермера стояла линия по переработке молока.

— А мясо?

— Его переработка тоже невыгодна. И потом, чтобы сделать линию, нужны не только большие затраты. А чиновники? Санэпидемстанция, ветеринарная служба, экологи, пожарники — и пошло-поехало. Я считаю, что должен заниматься производством, а перерабатывает его пусть «Сибирское молоко». Они целенаправленно занимаются тем, чтобы продукция была высокого качества. Открыли цех, делают творожки, йогурты, и это правильно. Сейчас на молочную продукцию у людей большой спрос, раньше, кроме кефира и молока, ничего не было.

— У вас племенное стадо?

— Да. Племенной работой занимаемся основательно, решаем вопросы на 3-4 года вперед, подобрали специалистов. Технологии воспроизводства и содержания играют ключевую роль. Чтобы вырастить теленка и превратить его в коровку, нужно два года. Одними из первых мы освоили холодное содержание молодняка. Телята растут здоровыми, нормально развиваются. Пресекли болезни — резко уменьшили падеж, а значит, и убытки. За племенными бычками к нам приезжают из многих областей. Их продажа может дать еще 3-4 млн руб. Сейчас задача — довести стадо до 1000 голов. Кроме того, нужно его регулярно обновлять, потому что коровы стареют.

— Если в хозяйстве появятся свободные деньги?

— Развернем строительство. Последние 15-20 лет в деревне перестали строить. А не строить — значит не жить. Мы уже сдали шесть квартир. Хозяйству требуются новые кадры, но чтобы человек мог остаться, ему нужно жилье. Доярка получает 2,5 тыс. руб., а если платить ей 6-7, она никогда отсюда не уедет. А что сегодня? В нашей школе училось 250 детей, сегодня только 150. Идет тенденция к сокращению населения. Многие не видят этого, не слышат и не понимают. Очень надеюсь, что не все время будет такое наплевательское отношение к сельскому хозяйству. Развалили все до нуля, пора начинать строить. Начнем голодать, тогда быстро поймем, что нужно возрождать село. Чтобы была рождаемость, обеспеченность жильем, чтобы люди думали о детях, хозяйстве. А если они сейчас думают о том, как прожить день и где взять рубль, что с них возьмешь? Если не займемся этим, будем через несколько лет закупать продовольствие в Китае.

— Сейчас же достаточно просто получить кредит?

— Можно взять кредит, но жить надо по своим возможностям. Я всегда знал, что нужно платить налоги. Многие говорили — не плати, простят, спишут. Списали, но только пеню, а основной долг остался, пусть его реструктурировали до 2012 года. Когда никому не должен, чувствуешь себя лучше. Потом, есть предприятия, к которым я всегда могу обратиться и они помогут без всяких процентов — под будущее молоко, мясо или зерно. Кредиты пока слишком дорогие, если их беру, то только под горючее, удобрение, и не под 20%, а под 8%.

— У каждого хозяйства должен быть руководитель, есть ли проблемы с руководством?

— С кадрами очень плохо. Нет руководителей, которые могут поставить цель, определить задачи на возрождение. Я не вижу, чтобы кто-то взял сегодня разорившееся хозяйство и возродил его. Кадров нет, техника старая, что дальше? Технику можно брать в лизинг до семи лет, это хорошо. Лучше бы, конечно, не семь, а десять лет или на весь срок амортизации. А вот руководителей где взять?

Я не верю, что невозможно восстановить деревню. Когда вернулся в это хозяйство, оно было убито полностью: ни финансов, ни тракторов, ни кормов. Пришел в феврале, а через 1,5 месяца нужно было сеять. Начали с нуля. За четыре года хозяйство поставили на ноги. Рядом такие же деревни, которые раньше были богатейшими хозяйствами. А был бы грамотный руководитель, люди тянулись бы за ним. У нас не было привилегированных условий. Наметили программу, построили телятник, комбикормовый завод, склад, все отремонтировали и начали работать.

— Есть в области тенденция к возрождению АПК?

— Судя по области, какая-то попытка делается. До этого шел развал в прямом смысле слова. Нужно отдать должное губернатору — он занимается сельским хозяйством. Видно, что человек болеет за него, появилась надежда, что нас не бросили. Областная администрация должна больше заниматься социальными вопросами. Нужны дороги, и чтобы по ним ходил автобус. Должны работать дома культуры, детские сады, больницы. Сейчас возрождают схемы по строительству жилья, и это правильно. Без этого нет перспективы. В любой деревне инфраструктура — больная тема. Она еще есть, но ей приходит конец. Нужно менять теплотрассы, заниматься водоснабжением, котельными, крышами. Мы передаем социальную сферу со своего баланса в район. Раньше боялись, так как там денег не было совсем. Сегодня, платя налоги, мы от этого уходим. Хозяйство должно заниматься только производством.

— Вы ничего не сказали о ценах на энергоносители?

— А что говорить? Знаете же — все в частных руках, а они бесконтрольны. Если нефть дорогая и идет сверхприбыль, отрегулируй за ее счет цены колхозам. На основании чего дорожают солярка, электроэнергия? Любое хозяйство сегодня дрожит: за все надо платить — налоги, электроэнергия. Я 1 тыс. руб. не доплатил, ошибся в расчетах, энергетики приезжали меня зимой отключать. А хозяйство платит им в месяц 350 тыс. руб. Считаю, что нужно контролировать цены на энергоносители, чтобы была стабильность. А то ведь все боятся — вдруг завтра цены поднимут.

— Николай Георгиевич, есть мнение, что поставки молока можно увеличить, если закупать его у населения.

— Я этим заниматься не буду. Качество молока сильно ухудшится. Каждый раз потребуется проверять, какое сдается молоко, охлаждать его. Летом молоко прокисает за два часа, а ведь все доят в разное время. Нужно знать каждую корову и регулярно ее обследовать. Мы никогда не пойдем на то, чтобы смешивать наше совхозное молоко с каким-то другим. Считаю, главное — это помогать хозяйствам оборудованием, кормами, снижать цены на энергоносители, делать справедливыми закупочные цены. Причем цены должны быть стабильными, чтобы у хозяйств была уверенность в будущем. И тогда мы обязательно увеличим объемы. Приезжайте к нам осенью, посмотрите, чего мы добились.

На правах рекламы



Comments are closed.

Так же в номере