Главная » Политика » Иван Мороз: в парламенте нужны дискуссии, но не на сессии

Иван Мороз: в парламенте нужны дискуссии, но не на сессии

Первое эксклюзивное интервью в ранге председателя Законодательного собрания (ЗС) Новосибирской области Иван Мороз дал деловому порталу КС Online и газете «Континент Сибирь». О том, где в парламенте допустимы дискуссии, а где — не желательны, чем критика отличается от демарша, о том, кто предложил ему занять пост спикера ЗС, и как проходило согласование в Москве, ИВАН МОРОЗ рассказал в беседе с корреспондентом «КС» ДМИТРИЕМ ТРОСТНИКОВЫМ

О предложении от губернатора

— Иван Григорьевич, ваше выдвижение на два высоких поста: секретаря регионального отделения «Единой России», а следом — председателя Законодательного собрания Новосибирской области стало для многих неожиданным. Чья это была инициатива?

— Для меня это тоже было неожиданностью, наверное, даже больше, чем для всех. Всю осень мы очень плотно занимались выборами, работали на одном округе с Виктором Семеновичем Косоуровым (28 октября выдвинут членом Совета Федерации от ЗС Новосибирской области — «КС»). Трудно было. Впервые за четыре созыва оппоненты действовали так беспардонно. И когда закончились выборы, я вообще не думал о том, что в собрании или в парторганизации мне предложат какую-то должность. Я до сих пор еще опомниться не могу, если честно.

— От кого вам поступило предложение? Как состоялся первый разговор?

— Губернатор Василий Алексеевич Юрченко позвонил из Москвы и сказал, что будет предложение, не говоря о чем. Попросил не отказываться и поддержать его. В тот же день первый заместитель губернатора Алексей Хомлянский пришел и объяснил ситуацию. После этого я собрался и полетел в Москву.

— Вы давно знакомы с новым губернатором Василием Юрченко?

— У нас товарищеские отношения были, еще когда он работал директором «Сибсельмаша». Я в системе пенсионного фонда работаю уже 14 лет. Приходилось этим заводом заниматься. Еще до того, как Василий Алексеевичем стал генеральным директором. После 1998 года полная разруха была в военно-промышленном комплексе, а «оборонка» составляла около 70% от всей промышленности области. И никаких заказов, ничего. А людей на заводах работало большое количество. И если строго и формально следовать всем законам и инструкциям в тот момент — это привело бы к банкротству половины предприятий. Мы вместе находили приемлемые решения, удерживали ситуацию и сохранили в большинство производств. Работали и с Василием Алексеевичем. И потом, когда он пришел в обладминистрацию, стал вице-губернатором, у нас сохранились нормальные взаимоотношения, мы всегда были друг другу понятны.

— А с кем в Москве было собеседование перед назначением?

— В «Единой России» — с Вячеславом Володиным, который был в тот момент еще секретарем генсовета, с Сергеем Неверовым, который сейчас стал секретарем генсовета. В администрации Президента РФ, в управлении по кадрам тоже прошло собеседование. На бюро высшего совета «ЕР», которое вел Борис Грызлов, тоже было собеседование. Многие видные политики страны при этом присутствовали.

О переменах в отделении «Единой России»

— Какие будут изменения в президиуме политсовета новосибирского отделения «Единой России»? Например, полпред президента РФ Виктор Толоконский уйдет из президиума или нет?

— Я не знаю. Виктор Александрович — член нашей партии, находится в нашей парторганизации. Это его воля. Сейчас он является членом президиума политсовета НРО «ЕР».
Мы готовим сейчас конференцию, вероятно, она пройдет в декабре. Определенные подвижки в работе партийной организации необходимы. Даже за небольшой отрезок времени, который я нахожусь на посту секретаря — уже вижу, что после выборов есть какие-то нестыковки между администрацией районов и районными парторганизациями «ЕР». Возникают какие-то амбиции. Что в корне недопустимо — задачи ведь одни решаем.

Кардинальных изменений не планируем, но смотреть будем, чтобы в каждом районе парторганизацию возглавлял уважаемый там человек. Чтобы за ним народ пошел. Если такого человека не найдем — сложно будет выстраивать партийную структуру в районе. Раз мы считаемся партией власти — должны работать в тандеме с руководством района. На одну цель — чтобы народ в районе жил как можно лучше, в рамках того бюджета, который район имеет. Поэтому первоочередной задачей считаю — подобрать очень авторитетных людей на посты районных секретарей.

— А в президиуме политсовета останутся такие фигуры, как например, Виктор Игнатов, не получивший депутатский мандат по итогам выборов в ЗС?

— К Виктору Игнатову определенные вопросы были у членов президиума. Буквально вчера мы президиум проводили (1 ноября — «КС»). Игнатова ЦИК рекомендует на должность руководителя нашего регионального исполкома. Такой вариант возможен. Надо использовать опыт Игнатова. Его только в правильное русло требуется направить, и мы получим пользу.

— Останется ли в президиуме прежний руководитель исполкома Олег Иванинский, который ушел в отставку после выборов?

— Олегу Ивановичу Иванинскому руководство партии после выборов предложило определиться: или региональный исполком или депутатство? Совмещение непозволительно. Потому что и так большой объем работы в партии. Он выбрал депутатство.

— Если резюмировать тему кадровой ротации в партии — вас больше волнует налаживание ситуации в низовом, районном звене, чем в руководстве областной организации?

— Да, все начинается на низовом уровне. Вверху мы разберемся. А вот внизу, когда простые люди, члены партии будут понимать наши цели и задачи — поднимать экономику в любом районе, и муниципалитете, чтобы люди жили лучше с каждым годом — тогда и народ пойдет за нами. А без этого мы будем только подвергаться критике и не завоюем авторитет.

О критике, дискуссии и демаршах

— Раз заговорили о настроении низового звена партии, давайте вспомним, как с трибуны областного парламента, утверждавшей губернатора Василия Юрченко, депутат-"единоросс" Анатолий Илютенко заявил, что многие рядовые члены партии настолько недовольны проводимой политикой, что готовы голосовать за другие партии, только не за «ЕР». Как вы относитесь к такому шагу Анатолия Илютенко?

— Каждый человек может высказаться. Но сомневаюсь, что он волновался из-за недостаточного числа голосов за партию. Просто Анатолий Иванович остался вне обоймы. Ему никто не предложил баллотироваться в ЗС. И скорее всего, его загрызла эта обида. Я знаю чулымскую парторганизацию, Илютенко был очень активным участником партстроительства в начале ее существования. Вот он поднялся, высказался. Мотив: раз меня никуда не выдвинули — получайте. И, как принято говорить, «проснулся знаменитым». Все СМИ, вплоть до центральной прессы об этом рассказали. Но как прозвучало, так и затихло.

— А какая форма дискуссии вообще допустима в партии «Единая Россия»? Допустимо, как Илютенко, выйти на трибуну на крупном мероприятии и высказаться с критикой?

— Демократия должна везде присутствовать. Но она должна быть конструктивной. Если критикуешь — должен предлагать меры для исправления положения дел. Может, к тебе действительно стоит прислушаться. А если просто голословно критикуешь, я считаю — это человек красуется, хочет себя показать, что он есть. Такое я не приемлю.

— Анатолий Илютенко будет исключен из партии? Последуют оргвыводы?

— Пока не знаю. По логике вещей он должен сам написать заявление. Но у меня такой информации нет. Мы вернемся к этому разговору. Такие действия неприемлемы в партии. Это не просто критика. Это демарш. Противопоставить себя всей областной партийной организации — это неправильно.

— Критика и демарш — это разные вещи?

— Да.

— Но ведь в вашей партийной жизни тоже случались демарши, например, сразу после выборов облсовета 2005 года вы отказывались войти в состав фракции «Единая Россия», хотя руководили фракцией в предыдущем созыве?

— Я только на Старую площадь пришел, мне этот вопрос сразу задал Олег Маркович Говорун — начальник управления кадров администрации президента. Поинтересовался: «Что у вас было такое?» Я говорю — было. Объясняю, почему. Человек еще не избрался депутатом, а нам уже объявили, что он будет председателем областного совета. Почему за нас все решили? На заседании регионального политсовета, мы тогда согласовали кандидатуру Виктора Леонова на пост председателя парламента, а перед сессией я вдруг узнаю, что выдвинута совсем другая кандидатура (Алексей Беспаликов — «КС»). Я уважаю высшую должность в регионе, должность губернатора. Но не до такой же степени навязывать всем, что вот только этот человек и больше никто? Палку тогда явно перегнули.

Я был не согласен, я свой голос отдавал за другую кандидатуру. Более того: не посчитались не просто с моим мнением, а с нашим коллективным мнением и переломили в другую сторону. Думаю, в такой ситуации любой нормальный человек поступил бы так же.

Но прошло немного времени. Друзья-партийцы со мной поработали. Сказали — один в поле не воин. Надо быть вместе со всеми, чтобы решать проблемы на округе. Я это осмыслил и сам написал заявление о вступлении во фракцию. Никто меня не принуждал.

— Один из ваших коллег сказал: «Иван Мороз из депутатов, кто был в свое время гоним». Вакуума вокруг вас не образовалось после этого? Проблем не возникало?

— Гоним я никогда не был. Все четыре созыва меня окружали только надежные друзья, и никто меня не изолировал. Я всегда был в гуще событий. И всегда имел свое мнение — правильно или нет — это судить моим товарищам. Старался говорить правду. Но проблем у меня не было. Никогда и ни с кем. Ни с бывшим председателем совета, ни с заместителями. Были одно время некоторые послевыборные сложности с губернатором Виктором Толоконским. Тогда, на губернаторских выборах 1999 года, я ведь поддерживал его соперника, Виталия Петровича Муху, ныне покойного. Работал в его команде, открыто агитировал избирателя. Здесь был напряженный момент, но не среди депутатского корпуса.

— Можно ли сказать, что в 2005 году вы настаивали на большей самостоятельности областного парламента, на большей независимости от губернатора?

— Нет. Ни тогда, ни сейчас я на этом не настаивал. Есть власть исполнительная, и есть власть законодательная. Каждый должен исполнять то, что ему положено. Губернатор — высшее должностное лицо. Ему доверены такие полномочия, что он в ответе за все. Он имеет право распустить ЗС. Такое право записано за губернатором в Уставе области.
А полномочия ЗС они были, есть и остаются. Куда шире полномочия ЗС?.. Мы, депутаты, должны строить работу свою так: знать, что творится внизу от своих избирателей, и обозначать основные проблемы. А затем, совместно с правительством искать пути решения. В правительстве тоже ведь понимают, что депутаты видят назревшие проблемы, которые исходят от населения, их необходимо решать — тогда авторитет поднимется не только исполнительной власти, но и законодательной. Это решается через наказы избирателей, или просто через бюджет, через программы. Тогда это будет конструктивная совместная работа.

— В прошлом созыве среди депутатов гуляла крылатая фраза, что депутаты «ЕР» превратились в «кнопочников»? Эту фразу приписывают вам…

— Да, я это говорил. Потому что иногда навязывают просто отголосовать, как кто-то распорядился. Я думаю, есть определенная линия партии, но все равно внутрипартийная и внутрифракционная демократия должны существовать. Мы должны поспорить, должны подискутировать. И только после того, как большинством голосов принимаем — тогда подчиняемся большинству. Это была моя позиция всегда. А не просто, пришли — вот лежит повестка дня, и голосовать надо: «за», «за», «за»… И не спрашивают: может быть, ты против или воздержался? Поэтому я тогда сказал про «кнопочников».

Мороз Иван Григорьевич родился 8 октября 1950 года. Трудовой путь начал после окончания школы, работал учеником электрика в родном селе Согорном Доволенского района Новосибирской области. До ноября 1994 года — начальник финансово-хозяйственного управления администрации Новосибирской области. С 1997 года возглавляет отделение Пенсионного фонда РФ и в этом же году избирается в областной Совет в округе № 19 (Тогучинский, Маслянинский, Новосибирский районы). Награжден медалью ордена «За заслуги перед Отечеством» II степени.

Об отношении к оппозиции

— То есть с председателем ЗС Морозом такой ситуации не будет?

— Я постараюсь это сделать. Но все в рамках интересов наших избирателей.

— Вы говорите: «Подискутировать, поспорить»… А где будет место для дискуссий? Например, на сессии?

— Мы на сессии не должны дискутировать. Сессия орган, который принимает решения. У нас хороший опыт уже не один год — все жаркие дискуссии проходят на депутатских слушаниях в комитетах. Но, если на комитете принято решение, тогда уже на сессии вопросов нет. Возможны варианты спорные, особенно они бывают по бюджету — каждый депутат хочет на свой округ подтащить какие-то определенные финансы. Понятно — здесь надо искать компромисс и выслушать всех.

— Но сессия все- таки не место для дискуссий?

— Сессия — для меньших дискуссий. Только если не смогли состыковать какие-то вопросы на комитетах. Сессия должна принимать уже выверенные законы, всеми экспертами проверенные, согласованные с юристами, чтобы они не противоречили федеральному законодательству, чтобы прокуратура протесты не писала.

— Когда вас выбирали председателем, многие депутаты говорили: «Мороз — человек, который способен консолидировать парламент». А каковы рамки консолидации? Речь идет о консолидации внутри «ЕР»? Или весь совет, все фракции? Кстати, фракции КПРФ и «СР» проголосовали за вас — депутата-"единоросса«, а это им было непросто в рамках своей партийной дисциплины. Чувствуете ли вы определенные обязательства перед этими фракциями?

— Я обязательств никому никаких не давал. Но раз меня избрали председателем, моя главная задача — мы должны ко всем мнениям прислушиваться. Депутатов избрал народ, какой бы политической партии они ни принадлежали. Смысл консолидации в том, чтобы выслушивать оппозицию. Можно найти рациональное зерно и там.

Приведу пример. Мы сразу избрали заместителя председателя от КПРФ. И если в прошлом созыве Владимир Карпов занимался практически только фракцией КПРФ, сейчас мы даем ему нагрузку. Он будет заниматься подготовкой к сессии. Он поведет всю нашу аппаратную работу. Потому что он опытный аппаратчик — пусть работает! И других депутатов будем привлекать: коммунистов, «СР», ЛДПР. Каждый по-своему подходит к решению проблем. Каждый по-своему стремится приносить пользу. Не важно, сколько человек во фракции: четыре, шесть. Мы всех должны слышать. Коллективное мнение, выработанное совместно намного полезнее, чем то, что взбредет в голову одному человеку. Тем более, что мы принимаем решения, от которых зависит очень много. Моя задача, чтобы в совете не было раздрая, конфронтации между фракциями.

— Депутатские фонды. Вы всегда отстаивали, чтобы депутатам они выделялись для решения проблем на территориях. Губернаторы, как правило, против такой практики.

— Такой вопрос мы еще не обсуждали. В бюджете будущего года депутатские фонды у нас не предусматриваются. Но из практики, когда у депутатов были такие фонды, действительно была польза для избирателей. Но эта практика противоречит законодательству. Как узаконить депутатские фонды — вот тема для обсуждения. Ни с губернатором, ни с депутатским корпусом мы это еще не обсуждали.

— Но это не станет проверкой отношений с губернатором Василием Юрченко?

— Думаю, что не станет. Если это можно будет решить законным путем, я надеюсь, что губернатор поймет депутатов. Если невозможно будет — депутаты поймут. Тогда через какие-то программы будем решать проблемы. Предусматривать в бюджете средства для их финансирования.

О лоббистских возможностях в Москве и проч.

— Есть ощущение, что у Новосибирской области слабее возможности лоббирования своих интересов в Москве на федеральном уровне по сравнению с соседними Кемеровской областью или Красноярским краем. Сейчас поменялось руководство области. И на всех постах: губернатор, спикер, сенатор — выходцы из региона. С одной стороны это хорошо — вы знаете проблематику. Но есть ли у вас реальный лоббистский ресурс решать вопросы в Москве?

— У меня лично нет знакомств такого высокого уровня, чтобы можно было пролоббировать какой-то вопрос. Я много лет проработал в системе пенсионного фонда, член правления ПФ РФ. (И в этом направлении я могу пролоббировать любой вопрос.)

У губернатора, Василия Алексеевича, насколько я знаю, очень хорошие завязки в правительстве, в администрации президента. Думаю, что он будет это использовать на благо НСО. Сенатором сейчас рекомендовали Виктора Косоурова (занимавшего пост аудитора Счетной палаты РФ — «КС») — он не будет в стороне от проблем Новосибирской области. Он их изучил в предвыборный период и, я знаю, уже четко наметил себе программу, как помогать правительству области и губернатору в Москве. У Виктора Косоурова есть заряд энергии, большое желание и возможности — он их использует. Я в этом не сомневаюсь.

— Кто вместо вас возглавит управление пенсионного фонда в Новосибирской области?

— Я еще никого не рекомендовал. Сам только вчера (1 ноября — «КС») попрощался с коллективом. Тяжело было, все-таки 14 лет отдано. Мы за эти годы отладили работу. Отделение пенсионного фонда со своими структурами обеспечивает практически треть населения области. У нас сейчас 750 тысяч пенсионеров. А мы же работаем не только с пенсионерами. Все социальные выплаты проходят через фонд: материнский капитал и проч. У нас расходная часть бюджета почти равняется по размеру собственному областному бюджету. Когда я пришел, мы тогда еще с облисполкомом занимались этими проблемами. Не было материально-технической базы. Коллектив разношерстный. И становление давалось нелегко. Мы за эти годы отладили систему. Сейчас, я могу с уверенностью сказать, система работает как швейцарские часы. Никаких сбоев нет. Несмотря на то, что зарплата очень низкая, а загрузка у людей большая. Хотя морально тяжело работать: размерами пенсий большинство людей недовольны. Но с каждым годом они индексируются, и стабильность наступила.
Мне небезразлично, кто придет руководить этим фондом, чтобы никаких маханий шашкой не произошло. Народ на 99,9% работает достойный. Я разговаривал с Василием Алексеевичем и приму самое активное участие в подборе кандидатуры нового руководителя. Но предложений пока никому не делал. Мы смотрим. Это не горит. Все четыре заместителя на месте, они способны решить любую задачу. Обязанности руководителя сейчас исполняет Якушенко Людмила Алексеевна.

— Вы будете перестраивать кабинет председателя ЗС?

— Нет. Меня все устраивает. Я человек неприхотливый во всем: в еде, в одежде, в быту. Что достается — то использую. Наверное, потому что в семье было пятеро детей, а я — самый старший. Меня это не волнует. Лишь бы были условия для работы. Здесь они созданы нормальные. В кабинете ничего менять не собираюсь.

— С кем вы советовались прежде, чем принять предложение стать председателем ЗС, ведь это меняет вашу жизнь?

— Поверьте, я ни с кем не советовался. Губернатор сумел так попросить, нашел такое слово, что я ни с кем не советовался. Даже с женой. Она кстати, на даче была. Я только сказал, что поехал в Москву. Зачем?.. По работе.



Comments are closed.

Так же в номере