Главная » Красноярский экономический форум » Анатолий Квашнин: "Более половины средств Инвестиционного фонда выделено на Сибирский федеральный округ"

Анатолий Квашнин: «Более половины средств Инвестиционного фонда выделено на Сибирский федеральный округ»

Долгосрочное планирование, переход к качественному экономическому росту — наиболее важные вопросы в сегодняшней повестке дня. Через неделю в Красноярске стартует V экономический форум. Его основные темы — переход к инновационной экономике в рамках концепции развития страны на длительный период. Стратегия развития России — также тема сегодняшнего заседания Государственного совета в Кремле. Об экономических перспективах и наиболее актуальных задачах для экономики Сибири в интервью газете «Континент Сибирь» рассказал полномочный представитель президента Российской Федерации в Сибирском федеральном округе АНАТОЛИЙ КВАШНИН.

— Анатолий Васильевич, основная тема V Красноярского экономического форума — управление ростом: переход от сырьевой к инновационной экономике, индустриальное развитие. Насколько эта тематика актуальна для Сибири и почему?

— Это задача номер один. Что есть инновационная экономика? Во-первых, это эффективные, современные методы организации управления. Как в бизнесе, так и во власти. Во-вторых, это развитие предпринимательства на новых направлениях, активное освоение новых рынков и незанятых ниш. И наконец, это современные технологические решения. Развитие на таких принципах обеспечивает конкурентоспособность товаров и услуг и устойчивый экономический рост. В комплексе инновационный путь развития для такой территории, как Сибирь, это залог ее конкурентоспособности, привлекательности для ведения бизнеса и для жизни людей.

Перевод экономики на инновационные рельсы не означает, что Сибирь перестанет добывать полезные ископаемые. Сибирь — это природная кладовая. Приоритетом в ее развитии остается сырье, добывающие отрасли. Но добывать, вывозить и продавать природой данные богатства — это просто хищничество и разгильдяйство. Это примитивно.

Наша задача — перерабатывать сырье, вывозить из Сибири продукт с высокой степенью переработки. Пока в структуре экспорта Сибирского федерального округа треть составляют топливно-энергетические ресурсы, более трети — металлы (никель, алюминий, медь). То есть это все либо чистое сырье, либо продукты первичной переработки, а не конечной для потребителя. Нужно переломить ситуацию. Безусловно, на это уйдет не один год, но делать это необходимо.

Однако и сырьевой сектор экономики сегодня как никогда нуждается в инновациях. В прошлом году существенно снизились вложения компаний в разведку новых месторождений, в разработку ныне существующих. Да и темпы роста были далеко не такие высокие, как в предыдущие годы. По итогам 2007 года добыча полезных ископаемых в Сибири выросла на 3%. В 2006 году этот показатель составил 5,4%. Это, конечно, низкие темпы прироста, учитывая, что Восточная Сибирь сейчас становится территорией разработки новых крупных месторождений. И осваивать их нужно с учетом всех новейших технологий, которые есть в России и в мире, — производственных, технологических, управленческих. Технологий не сегодняшнего, а завтрашнего дня.

Впрочем, развитие переработки сырья — это далеко не единственная составляющая перехода к инновационной экономике. Необходима агрессивная политика по выходу на новые рынки, началу производства конкурентоспособной продукции, оказанию качественных услуг. Необходимо внедрение эффективных методов управления. Это задача номер один как для бизнеса, так и для власти. Для Сибири актуально говорить об инновационном развитии территорий, подразумевая, что власти любого уровня должны жить будущим, видеть перспективы, находить новые возможности для развития.

Поэтому на всех направлениях — в отдельной отрасли, в рамках отдельной территории и в Сибирском федеральном округе в целом — переход к инновационной экономике крайне актуален.

— Какие основные препятствия есть на пути изменения вектора развития экономики округа с сырьевого на технологический?

— Выделю несколько — старый тип мышления, материальное и финансовое обеспечение, кадровая проблема и неразвитая инфраструктура.

Готовность воспринимать новое, рисковать относится к моральным аспектам. Бизнес в силу жесткой конкуренции так или иначе готов воспринимать новое, внедрять инновации, ломать старые принципы управления. А вот среди представителей власти, особенно на муниципальном уровне, многие еще живут по-старинке. Хотя образ мышления меняется. В немалой степени тому способствуют новые принципы организации местного самоуправления, которые стимулируют активность местной власти, дают большие возможности территориям. Необходима перестройка сознания. И в первую очередь сознания власти, которая должна понимать необходимость меняться, вырабатывать новые формы поддержки бизнеса.

Недостаток собственных финансовых ресурсов — также существенное препятствие для инноваций. Предприятия Сибири, за редким исключением, не располагают достаточным количеством собственных средств. Нет и большого опыта привлечения кредитных ресурсов. А ведь новые проекты технологически сложных производств — это всегда большие вложения. По итогам девяти месяцев 2007 года ни один регион Сибири не вошел в десятку лидеров по объему инвестиций в основной капитал.

К нехватке средств добавляется удорожание производственных инвестиций в Сибири из-за неразвитой инфраструктуры. Это увеличивает в разы стоимость проектов. Строим новый завод — к нему нужно построить дорогу, подвести энергообеспечение, тепло и т. д.

Сейчас мы запустили ряд крупных проектов, где удается решить финансовую и инфраструктурную проблемы. Например, освоение минерально-сырьевых ресурсов на юге Забайкальского края. Инвестиции государства в инфраструктуру привлекли средства частного капитала.

Наконец, кадровый голод. Сколько угодно можно начинать строить заводы, привлекать финансирование на развитие инфраструктуры — дорог, линий электропередачи и т. д. Но работать с современными технологиями, сложным оборудованием, управлять производственными процессами должны профессионалы. Да что там сложное оборудование… За предыдущие годы были фактически утеряны квалифицированные кадры токарей, сварщиков, строителей, технологов, инженеров. Не хватает рабочих рук для самых простых специальностей. Необходимо комплексно решать эту проблему, и прежде всего на уровне регионов. Нужно внимать потребностям бизнеса на территории и, используя полномочия региона, направлять профессиональную подготовку кадров в нужное русло.

— На Красноярском экономическом форуме по традиции происходит защита проектов, предлагаемых к финансированию из Инвестиционного фонда. Какое место сейчас занимает Сибирский федеральный округ со своими инвестпроектами по сравнению с другими регионами России?

— Больше половины выделенных средств Инвестиционного фонда России приходится на Сибирский федеральный округ. По распоряжениям правительства России в перечень проектов для инвестирования включено тринадцать пунктов, на которые с учетом возможного роста цен решено направить более 250 млрд рублей. Три проекта — сибирские. Это комплексное развитие Нижнего Приангарья, создание транспортной инфраструктуры для освоения природных ресурсов Читинской области, строительство железной дороги Кызыл-Курагино в увязке с освоением минерально-сырьевой базы Республики Тыва. В сумме на эти проекты Инвестфонд выделил почти 132 млрд рублей.

В дальнейшем доля Сибири несколько снизится, потому что получили предварительное одобрение новые заявки, и они будут включены в портфель фонда. Но уверен, что перечень сибирских проектов не ограничится теми, которые уже прошли конкурсный отбор. Еще одна заявка от регионов Сибирского федерального округа проходит рассмотрение. Это проект магистральной ЛЭП из Красноярского края и Иркутской области в Якутию.

— Недавно Минрегионразвития заявило о необходимости изменить принципы формирования списка проектов для Инвестфонда? Что в связи с этим ожидает сибирские проекты?

— Конкуренция за средства фонда усиливается, и, без сомнения, это к лучшему. Более пристально будут отбираться проекты, и пройдут только самые приоритетные, важнейшие для страны. Заявителям из Сибирского федерального округа нужно будет еще более тщательно готовить свои проекты, в том числе представлять исчерпывающее обоснование.

Отмечу, что Инвестфонд — не единственный источник государственных вложений в экономику Сибири.

Во-первых, госкомпании — «Роснефть», «Транснефть», «Газпром« — уже реализуют собственные проекты на территории округа. Это освоение Ванкорского месторождения, это строительство нефтепровода из Восточной Сибири, это газификация регионов.

Во-вторых, важная форма государственной поддержки инвестиционной и инновационной деятельности — особые экономические зоны. Из семи туристско-рекреационных зон по России четыре зоны разместятся в Сибирском федеральном округе.

В-третьих, федеральная целевая программа «Социально-экономическое развитие Дальнего Востока и Забайкалья на 2008–2013 годы». В целом этот документ одобрен правительством России. В программе предусматривается выделение средств на модернизацию и создание новых объектов инфраструктуры и энергетики. В ФЦП попали три региона Сибири. Предварительные цифры по объемам финансирования такие: Республика Бурятия — более 20 млрд рублей, Читинская область и Агинский Бурятский автономный округ — 12,5 млрд рублей и 5,2 млрд рублей соответственно.

Еще одно направление — план развития ОАО «Российские железные дороги». В прошлом году положительную оценку получила стратегия развития железнодорожного транспорта до 2030 года. Ее еще предстоит уточнить, после принятия долгосрочной концепции социально-экономического развития страны. Но уже сейчас можно говорить о том, что Сибирский федеральный округ займет достойное место в стратегии развития железных дорог.

— Какие инвестиционные проекты должны оказать наибольшее влияние на экономическое развитие округа в ближайшее десятилетие?

— Президент России Владимир Владимирович Путин отметил, что проекты в рамках Инвестиционного фонда не должны стать долгостроем, как это было во времена Советского Союза. Поэтому для нас ближайшие десять лет, даже ближайшие два-три года — это время напряженной работы по реализации масштабных инвестиционных проектов.

В этот период компания «Роснефть» планирует начать промышленную добычу нефти на Ванкоре. Предполагается запустить первую очередь нефтепровода Восточная Сибирь — Тихий океан.

В рамках десятилетнего периода некоторые проекты уже выйдут на полную мощность, по некоторым — завершится первый этап. Так, по действующим на сегодняшний момент планам, в эти сроки завершится первый этап проекта по развитию Нижнего Приангарья. Планируется полный запуск комплекса добывающих и горно-обогатительных предприятий в Забайкальском крае. Будет продолжаться газификация регионов Сибири.

Этот перечень можно продолжать. И все проекты уже на первом этапе обеспечат громадный экономический эффект, который будет нарастать в дальнейшем.

Я бы выделил три проекта, которые, возможно, не входят в число лидеров по объему инвестиций и оценке экономического эффекта, но зато в корне меняют ситуацию в регионе.

Первый — создание транспортной инфраструктуры и освоение рудных месторождений в Читинской области, а также строительство одной из крупнейших в мире ГЭС Мокского гидроузла для обеспечения электроэнергией новых объектов. Это будущее нового региона, Забайкальского края.

Другой важнейший проект — строительство железной дороги в Республике Тыва. Его значение трудно переоценить. Здесь и добыча угля, и развитие промышленности, и рабочие места. Наконец, это самый надежный способ обеспечения транспортной доступности. Пока сообщение с Тувой возможно лишь по воздуху, что дорого, или по автомобильным дорогам, которые проходят через Саянский хребет.

Сделаю акцент на проекте газификации Республики Алтай. В этом регионе туризм уже является одной из основных доходных статей. В этой связи переход на газ вместо угля — огромный шаг вперед. Это чистое небо над головой, это комфортные условия работы и отдыха, это совершенно новая жизнь жителей региона.

— В стратегии развития железнодорожного транспорта есть и проект создания железнодорожного сообщения с Республикой Алтай.

— Республика Алтай сегодня входит в число семи российских регионов, с которыми отсутствует железнодорожное сообщение. Включение республики в сеть железных дорог — такой же масштабный по значимости проект, как и для Тувы. Но чтобы этот проект не остался на бумаге, очень важно скрупулезно просчитать экономический эффект: какой объем перевозок может обеспечить регион, что даст лесное хозяйство, какую часть обеспечит туристическая зона, другие отрасли экономики. В государственной компании «РЖД» умеют считать деньги. И если ветка планово убыточная, то должны быть источники покрытия этих убытков.

— Индустриализация и инновационное развитие предполагают перевооружение промышленных предприятий. Средств на замену устаревших фондов и технологий в достаточном объеме почти ни у кого нет. Ряд промышленников и экспертов настаивают на активном участии государства в этом процессе. Другая точка зрения — бизнес должен сам решать свои проблемы. Какой позиции вы придерживаетесь?

— Действительно, существует много точек зрения по этому вопросу. Какие основные задачи решает государство? Это обеспечение целостности, безопасности и независимости страны и достойного уровня жизни людей.

Обе задачи в экономической сфере требуют прежде всего поддержания устойчивой макроэкономической ситуации, в том числе сдерживания инфляции — на что главным образом и направлены финансовые ресурсы, которые сегодня находятся в руках государства. С другой стороны, для повышения уровня жизни граждан необходимо экономическое развитие страны. Формы и методы государственной политики в сфере экономики могут быть разными. Возможно фактически прямое финансирование отдельных отраслей и предприятий, а возможно создание условий для развития.

Считаю, что на данном этапе формы государственного влияния на экономику определены правильно. На примере Инвестиционного фонда мы видим, что госфинансирование инфраструктурных проектов привлекает в разы больше средств частного капитала. Транспортное развитие — это всегда больше задача государства. Тем более что это достаточно дорогостоящие вложения.

Что касается поддержки конкретных отраслей экономики, прямое финансирование — это не решение проблемы. Куда более правильный механизм — четко определить приоритеты и организовать точечную поддержку важнейших отраслей. И не путем прямых вливаний. Например, через субсидирование части процентной ставки по банковским кредитам.

Возьмем, к примеру, национальный проект «Развитие агропромышленного комплекса». Определены приоритеты — развитие личных подсобных хозяйств, развитие отечественного животноводства. Определен механизм государственной поддержки: ЛПХ или крупный бизнес привлекают кредиты на развитие производства, а за счет субсидирования процентной ставки эти кредиты становятся существенно дешевле. Это как раз форма совершенно конкретной поддержки конкретной отрасли экономики.

Примерно такая же схема внедрена в сфере жилищного строительства, когда снижается стоимость заемных средств для комплексной подготовки строительных площадок.

Таким образом, спорить не о чем. Государство и так уже вкладывает средства в экономику, помогает бизнесу. Спорить можно только о приоритетах. Те приоритеты, которые определены на сегодняшний день, как нельзя более актуальны. На примере национальных проектов в сельском хозяйстве и жилищном строительстве мы видим, как государство решает первоочередные задачи. Ведь жилье — это обеспечение социальных гарантий гражданам. А сельское хозяйство — это обеспечение продовольственной безопасности страны. Потому что страна, которая кормит сама себя, — независима. Страна, которая в большей мере потребляет импортное продовольствие, независимой считаться не может.

— Каким образом государственные корпорации увязывают свои бизнес-интересы с интересами развития экономики региона в целом. Можно ли привести примеры таких компаний?

— Вопросы регионального развития сегодня настолько актуальны, что невозможно представить крупную компанию, которая заходит в регион и не собирается вести внятный диалог с региональной властью. Это касается не только государственных корпораций, но и частного бизнеса.

В свою очередь и власть также готова взаимодействовать с бизнесом на благо территории. По большому счету, власть понимает, что крупная компания приходит в регион в положении не просящего, а дающего. Дающего новые перспективы развития территории. Повторю, что власть должна быть готова внимать интересам бизнеса, изучать его потребности. А заодно и планировать, как задействовать местные трудовые ресурсы, какие новые производства стоит развивать под потенциальные заказы от крупных компаний и т. д.

На практике используются и договоренности о финансировании конкретных социальных или экономических проектов. Но более важны не разовые вливания, а комплексная, на долгосрочную перспективу, увязка развития территории с планами развития бизнеса.

В этой связи каждая территория, где уже началась или в ближайшее время начнется реализация крупных инвестиционных проектов, должна быть подготовлена. Должны подготовиться и жители. Понадобятся профессиональные кадры для работы на новых предприятиях, строительства дорог, обслуживания инфраструктуры. Будут заказы на строительные работы, машины и оборудование. Возникнет спрос на жилье и услуги. Активные, постоянные коммуникации между властью и бизнесом позволят удовлетворить этот спрос в интересах развития территории.

— В качестве ключевой задачи вы назвали привлечение местных трудовых ресурсов под крупные проекты. Сегодня большая проблема на пути индустриализации — нехватка квалифицированных специалистов. Что может изменить ситуацию?

— Целевая подготовка кадров. Эта работа уже проводится, есть множество примеров. В Красноярском крае есть программа подготовки профессиональных кадров для Ванкора, Нижнего Приангарья, других проектов. Подразделение администрации региона, которое отвечает за профессиональное образование, заключило соглашения с компаниями, которые формируют спрос на рабочие специальности. Заказ на специалистов для крупного бизнеса сделан также Сибирскому федеральному университету.

Задачи профессионального образования актуальны, кстати, не только в связи с индустриализацией и крупными инфраструктурными или сырьевыми проектами. Особые экономические зоны туристско-рекреационного типа также потребуют массу специалистов, которых нужно готовить.

— Какие механизмы существуют для согласования интересов власти и бизнеса в вопросе подготовки кадров и развития территории в целом?

— Ничего нового придумывать не нужно. Каждая территория должна иметь комплексную долгосрочную программу социально-экономического развития, в которой учитываются и собственные наработки, и те выгоды, которые обеспечат крупные инвестиционные проекты. Такая программа обязательно должна разрабатываться и затем постоянно актуализироваться с учетом планов развития бизнеса.

Сегодня в качестве механизма взаимоувязки интересов власти и бизнеса используются, например, соглашения между регионами и крупными компаниями. Подобные документы в некоторых субъектах Федерации округа действуют уже несколько лет. Считаю, что такое документальное оформление взаимных обязательств очень важно. Но такие соглашения должны дополнять программы территориального развития.

И еще очень важно взаимодействовать не только с отдельными крупными компаниями, а с бизнес-сообществом в целом, отраслевыми объединениями предпринимателей.

Наряду с крупными инвестиционными проектами и увязанными с ними планами развития территорий Сибирь нуждается сегодня в долгосрочных программах развития отдельных отраслей. Власть вместе с предпринимателями может планировать развитие на годы вперед.

В этих целях мы на уровне Сибирского федерального округа планируем активно работать с предпринимательским сообществом, и прежде всего с его коллективными представителями — отраслевыми ассоциациями и объединениями.

Эти структуры сегодня становятся не просто местом для разговоров. В руки бизнес-объединений сегодня даются реальные инструменты. Приняты соответствующие федеральные законы — «О саморегулируемых организациях» и «О техническом регулировании».

На окружном уровне взаимодействие будет развиваться в рамках Высшего экономического совета Сибирского федерального округа. В его состав войдут не только представители крупных государственных и частных компаний, но и руководители отраслевых предпринимательских объединений.

Высший экономический совет мы рассматриваем как эффективный инструмент не только для создания отраслевых программ. Это площадка для выработки оптимальных путей развития Сибирского федерального округа в рамках стратегии развития России.



Comments are closed.

Так же в номере