Главная » Спецвыпуск » Политическая стабильность как фактор инвестиций

Политическая стабильность как фактор инвестиций

Игорь ФРОЛОВ

Томская область традиционно имеет репутацию региона политической стабильности. Здесь никогда не случалось масштабных забастовок, выхода шахтеров на рельсы. Здание мэрии Томска и областной администрации даже в самые тяжелые времена пикетировали группы не более чем из 20-30 протестующих. И сегодня в Томской области политическая жизнь напоминает штиль: власти не судятся с прессой, пресса весьма лояльна к власти, митинги оппозиции собирают людей в сотни раз меньше, чем университетские аудитории. Хорошо это или плохо для жизни такого интеллектуального региона, как Томская область? Не напоминает ли это политическое затишье политический застой? На эти вопросы корреспондента «КС» ИГОРЯ ФРОЛОВА отвечает начальник департамента информационной политики и общественных связей администрации Томской области НЕЛЛИ КРЕЧЕТОВА.

Фото Аркадия УВАРОВА

— Нелли Степановна, кто в Томской области, на ваш взгляд, определяет политический климат? Назовите главных политических «игроков».

— Начнем по порядку. Естественно, как и в целом в России, власть в Томской области имеет большой политический ресурс влияния. Губернатор Томской области, как известно, находится на этом посту 12 лет и входит в российскую «семерку» губернаторов, не сменяемых со времен Ельцина, то есть с 1991 года. Спикер Государственной думы Томской области занимает этот пост третий срок, то есть с 1994 года, когда в Томской области закончилась советская власть и впервые в новейшей истории региона состоялись настоящие выборы депутатов. Мэр города Томска избран на эту должность уже дважды.

Достаточным политическим ресурсом обладают крупные экономическо-финансовые группы, которые формируют областной бюджет. Это прежде всего ЮКОС, «Востокгазпром», Сибирский химический комбинат, Томский нефтехимкомбинат. Данная группа занимает второе место по влиятельности после власти.

Определенными политическими ресурсами (безусловно, меньшими, чем два вышеназванных «игрока») обладают региональные отделения политических партий. Для Томской области это КПРФ, «Единая Россия», СПС, «Яблоко» и ЛДПР.

Влияют на политическую жизнь и средства массовой информации, а также национальные объединения.

— В Сибирском федеральном округе Томская область считается регионом стабильного экономического развития. Влияют ли политические силы на экономику?

— Бесспорно, экономика и политика всегда тесно связаны. Как экономика часто зависит от политики, так и политика часто определяет уровень экономического развития. Поэтому экономической стабильности без политической не бывает. В Томской области есть несколько политических факторов, благоприятных для инвестиций, а значит, и для экономики. Назову некоторые. Депутатский корпус Государственной думы Томской области является одним из самых «продвинутых» в Сибири с точки зрения интеллекта и политической ориентации. В губернаторской команде за все эти годы также не было серьезных оппозиционных настроений по отношению к федеральной власти. Томская область счастливо избежала «информационных войн», а томские национальные объединения сотрудничают друг с другом и властью, а не доказывают, кто из них лучше. Пожалуй, единственным фактором политического риска для инвестиционного климата является избрание Егора Лигачева депутатом Государственной думы РФ.

— Кстати, прокомментируйте этот факт подробнее. Ведь томичи гордо называют себя «Сибирскими Афинами». Означает ли избрание Лигачева, что Томскую область можно переместить в «красный пояс»?

— Нет. Нельзя нашу область считать «красной». Мы всегда начиная с 1991 года, судя по результатам голосования, находимся в политическом фарватере Сибири. В отличие от многих наших соседей мы все эти годы голосовали за реформы (не случайно был столь высок процент голосов на предыдущих выборах в Госдуму РФ, полученный СПС и «Яблоком»), мы уверенно выбирали Ельцина, а не Зюганова.

Конечно же, после избрания Лигачева депутатом нас постигло некоторое разочарование в самих себе. Однако депутат не одержал сокрушительной победы, набрав немногим больше 20% голосов. К тому же его избрали, скорее, не потому, что возникла ностальгия по прошлому, а потому, что среди двух тогдашних лидеров началась грязная перепалка «кто хуже кого», а Лигачев оказался в стороне. В предстоящей выборной кампании в Государственную думу нужно извлечь уроки из той истории.

— Говорят, что в Томске количество средств массовой информации на так называемую «душу населения» превосходит даже Москву. С чем это связано? Как вы расцениваете роль СМИ в политическом раскладе?

— Действительно, количество печатных и электронных средств массовой информации у нас намного выше, чем позволяет рынок. В Томской области с населением в 1 миллион человек 140 печатных и 90 электронных СМИ, 111 газет, 27 журналов, 5 информационных агентств. Замечу, что мы тем отличаемся от соседей, что областная исполнительная власть является учредителем лишь одной газеты — «Томских новостей». Другие средства массовой информации, можно сказать, независимы от власти. Конечно, они зависимы от финансово-экономических групп, прежде всего ЮКОСа и в меньшей мере СХК. Но даже в отношении этих изданий, телевидения и радио нельзя говорить, что действует известная всем поговорка: «Кто музыку заказывает, тот и девушку танцует». К примеру, телекомпания «ТВ-2», входящая в медиахолдинг, финансируемый ЮКОСом, имеет свое независимое мнение как от власти, что естественно, так и от ЮКОСа, что удивительно.

В Томской области выпускаются и местные региональные партийные издания. Это газеты «Томская правда» (КПРФ), «За Единую Россию!» (ЕР), «Правый берег» (СПС).

Конечно, назвав СМИ четвертой властью, мы выдали прессе аванс. Журналисты в условиях «управляемой демократии» часто превращаются в специалистов по PR-технологиям. Жаль, так как я уверена, что журналисты — это главные «сторожевые псы» демократии. При всем этом в Томской области еще остались хорошие, профессиональные экономические и политические обозреватели. Пусть не обижаются соседи по региону, но в Томской области для настоящей журналистики есть более благодатная почва. Прежде всего — наличие шести университетов и особая аура.

— Известно, что в России рождение институтов гражданского общества идет медленно. Как обстоят дела в Томске?

— Нелепо было бы хвалиться и утверждать, что у нас в Томске сложилось гражданское общество. Но и говорить обратное тоже было бы неправильно. Мы находимся в пути. Назову некоторые аргументы. В Томской области проживает 80 наций, но между ними почти не бывает конфликтов. Власть помогает сохранению национального мира, поэтому и для татар, и для немцев, и для поляков, и для других национальных диаспор выделяются финансы на развитие национального образования, культуры, строительства и реставрации культовых зданий. Так, только за последние годы в Томске появились новый православный комплекс, новая мечеть, обновлен католический храм.

В области работает около полутора тысяч некоммерческих организаций. Их иначе называют «третьим сектором». Они решают проблемы инвалидов, ветеранов, детей и подростков, борются со СПИДом и наркоманией, следят за экологией, развивают массовый спорт и так далее. Правозащитные движения, в частности общество «Мемориал», помогают репрессированным и их семьям, рассказывают правду о нашем историческом прошлом. Этим летом в селе Белосток Кривошеинского района был установлен памятник жертвам сталинских репрессий и погибшим в годы Великой Отечественной войны. Еще один памятник — репрессированным полякам — был открыт в селе Полозове Молчановского района.

Итак, говорить об оазисе политического благополучия в Томской области еще рано. Но уже можно констатировать, что политическая стабильность служит у нас серьезным фактором для инвестиций и экономического роста.



Comments are closed.

Так же в номере