Главная » Компании » Чем посеешь, то и пожнешь

Чем посеешь, то и пожнешь

Жанна КОСТИНА

 

Недавно Новосибирскую область посетил председатель совета директоров российско-германской компании «ЭкоНива», глава российской «дочки» ШТЕФАН ДЮРР. Компания «ЭкоНива» одной из первых в середине 90-х годов прошлого века стала поставлять на российский рынок современную сельхозтехнику и элитные семена. В ходе визита господин Дюрр провел ряд совещаний с представителями новосибирского филиала «ЭкоНиваСибирь», посетил демонстрационное хозяйство «Сибирская Нива» в Маслянинском районе, где проводятся испытания поставляемой техники и идет строительство уникальной молочной фермы. Штефан Дюрр во время встречи с корреспондентом «КС» ЖАННОЙ КОСТИНОЙ рассказал лишь об одном направлении работы его компании — поставках сельхозмашин — и высказал свое мнение о состоянии российского сельхозмашиностроения.

Российско-германская компания «ЭкоНива« работает в аграрном секторе России с 1994 года. Сегодня она объединяет порядка 25 предприятий, работающих в различных сферах аграрного сектора в Московской, Воронежской, Курской, Белгородской, Калужской, Владимирской, Рязанской, Тульской, Костромской, Ярославской, Тверской, Кировской, Оренбургской, Смоленской, Новосибирской областях, Алтайском крае. Здесь трудятся более 2,5 тыс. высокопрофессиональных специалистов. В 2007 году оборот компании составил 4,4 млрд рублей.

Штефан Дюрр родился в 1964 году в земле Баден-Вюртемберг (ФРГ). Окончил Байройтский университет по специальности «Агроном-почвовед и геоэколог». В 1989-м стал первым практикантом в Советском Союзе от правительства ФРГ. Стажировался на сельскохозяйственных предприятиях Курской и Московской областей. После окончания университета решил работать в России и заниматься развитием экологического агропроизводства, учредив дочернюю российскую фирму «ЭкоНива». В 1994 году Министерством сельского хозяйства ФРГ в рамках российско-германской программы «Трансформ« Штефану Дюрру было поручено консультировать аграрные комитеты Госдумы и Совета Федерации по вопросам законодательства в сфере АПК. С 2005 года является координатором проекта «Германо-российский аграрно-политический диалог». Дюрр является руководителем сектора «Сельское хозяйство и продовольствие» в Союзе немецкой экономики в РФ, координатором сотрудничества между германским Бундестагом и Госдумой, членом Совета национальной премии имени Столыпина.

— Как вы оцениваете емкость сельхозмашин в Сибири? Насыщен рынок или нет?

— Рынок еще не насыщен. Все сельхозугодья в ближайшее время будут обрабатываться мощными тракторами. Если считать большие и маленькие трактора, то в среднем (по европейским нормам) на 1 га необходимо 100 тракторов. Только в Новосибирской области примерно 2 млн га посевных площадей. Следовательно, нужно 200 тыс. современных тракторов. Пока же в хозяйствах области сельхозтехники почти в 10 раз меньше. И большая часть — это старые сельхозмашины.

— Какую технику предпочитают приобретать сибиряки?

— Компания «ЭкоНива» поставляет на российский рынок передовую сельскохозяйственную технику и оборудование ведущих мировых производителей. Почти 50% этих поставок приходится на сельхозмашины от фирмы John Deere, еще 20% — Vaderstad, остальные 30% — на других поставщиков, среди них — Kverneland, Grimme, JCB.

— Как меняется спрос на сельхозтехнику?

— Спрос увеличился, потому что общее положение дел в сельском хозяйстве заметно улучшилось. Еще 10 лет назад у селян вообще денег не было. Сегодня хозяйства научились зарабатывать, государство проводит активную программу по поддержке сельхозтоваропроизводителей, выделяются дотации и субсидии на приобретение сельхозмашин. Сначала большим спросом пользовались комбайны. Сегодня они с первого места опустились чуть ли не на последнее. Зато вырос спрос на почвообрабатывающую технику, трактора, сеялки.

Следующий всплеск спроса, я уверен, будет на современные зернохранилища. В США у каждого фермера есть свое зернохранилище. Там нет больших элеваторов. Фермеры сами решают, когда и в какое время им выгоднее продавать зерно.

В России еще со времен Советского Союза во многих хозяйствах отсутствуют зернохранилища. Раньше совхозы убирали зерно и сдавали его на государственные элеваторы, получая за урожай установленную государством цену. Сегодня сельхозтоваропроизводители, выращивая хороший урожай, вынуждены либо продавать его осенью по дешевке, либо сдавать зерно на элеватор, где их также обдирают как липку. (Частные элеваторы заламывают цены.) Хозяйство в любом случае проигрывает. Поэтому, думаю, многие будут строить свои зернохранилища. А мы поставим для них оборудование.

— Какие новинки сельхозтехники вы предлагаете сегодня?

— Есть понятие «точное земледелие». Я считаю, что за ним будущее, и у техники точного земледелия огромные перспективы. Управление трактором происходит с помощью спутниковой навигационной системы. Обработка почвы идет гораздо точнее: нет пересевов или недосевов, экономятся удобрения и пестициды, тракторист меньше устает. Другой положительный момент — появляются эффективные учет и контроль. Всегда можно отследить, где находится трактор, работает или по какой-либо причине простаивает. Есть датчики по расходованию солярки. Это, конечно, дисциплинирует трактористов. В свою очередь бухгалтерия может вести точный учет проделанной работы, сколько гектаров было засеяно, обработано.

— Повлияло ли появление в России современной иностранной сельхозтехники на развитие отрасли сельхозмашиностроения? Становится ли российская техника лучше, например, по соотношению цена-качество?

— Сегодня в России, кроме «Ростсельмаша», мало кто выпускает технику для села. Так что говорить о какой-то конкуренции не имеет смысла. И как бы обидно ни было, я думаю, что в ближайшее время в России не появится хорошей сельхозтехники. Сельхозмашиностроение идет след в след за автомобилестроением. Но пока российский автопром неконкурентоспособен. Весной, когда день год кормит, надо работать круглосуточно. А если каждый третий российский трактор ломается в поле, то затраты возрастают. Естественно, рачительный хозяин предпочтет купить надежную, пусть и более дорогую технику.

Справедливости ради надо отметить, что «Ростсельмаш» сегодня значительно подтянулся. Завод много покупает импортных комплектующих. Новые модели сельхозмашин ростовчан довольно неплохие, но стоят они уже как зарубежные. Если сегодня делать технику определенного качества, то она не может быть дешевой.

— Руководители многих регионов предпочитают поддерживать отечественных производителей. Как вы налаживаете дипломатические отношения с администрациями субъектов? Как строятся ваши отношения?

— Практически в каждой администрации есть сторонники того, чтобы приобретать зарубежную технику, и те, кто считает, что нужно делать ставку на отечественного производителя. Важно, как настроен губернатор. Сегодня все понимают, что для получения высокого урожая нужно иметь современную сельхозтехнику. На это направлена и политика министра сельского хозяйства России Алексея Гордеева. Понятно, что губернатор Ростовской области просто обязан защитить свой завод, на котором работают 30 тыс. человек. Это логично. Однако явных препятствий у нас не было. Везде складываются нормальные деловые отношения.

— Как выстраивалась сбытовая сеть в России, Сибири? Какого объема вложений это потребовало?

— В 1994 году в Подмосковье был создан головной офис дочерней российско-германской фирмы «ЭкоНива», и близлежащие хозяйства начали покупать у нас сельхозмашины. Мои друзья, с которыми я организовывал агробизнес в России, Евгений Горбунов из Новосибирска и Николай Воробьев из Воронежа создали 100%-ные «дочки» в своих регионах. Мы называем их филиалами. Сбытовая сеть развивалась вслед за клиентами. Было много клиентов в Калужской области, и мы сначала сделали там сервисный центр, потом открыли филиал. Увеличивалось число клиентов в Курске, Тамбове, Смоленске — мы шли туда. У Жени Горбунова сначала был один офис в Новосибирске, потом появилось много покупателей в Алтайском крае, и была открыта база в Барнауле. Сегодня хорошие продажи идут в Кемерове, если число клиентов еще увеличится, то там будет открыт свой сервисный центр.

— Как оцениваете работу сибирского филиала «ЭкоНива» на фоне других?

— В Новосибирской области один из лучших наших филиалов. Многие этому удивляются. В европейской части России не понимают, как можно в Сибири заниматься сельским хозяйством. А здесь не просто им занимаются, а получают хорошие результаты. На мой взгляд, большую роль в эффективном земледелии, растениеводстве, животноводстве в Сибири играет то, что здесь люди более восприимчивы к технологическим новинкам. В Сибири понимают: если не внедрять современных способов ведения сельского хозяйства, не применять новую технику, то трудно добиться рентабельности производства. В южных областях России сельхозтоваропроизводители более инертны, там благоприятные природные условия расслабляют — зачем напрягаться, если и так все само вырастет. А в Новосибирске надо идти современным путем, иначе не получится.

— Какие финансовые схемы вы используете для продвижения продукции?

— За последние несколько лет «ЭкоНива» очень сильно выросла. И одна из причин, на мой взгляд, в том, что мы никогда не занимались «серыми» схемами. Поэтому наш бизнес в отличие от других компаний, где использовались такие схемы, не так быстро развивался. Мы были менее конкурентоспособными. У работы «вбелую» есть свой минус. Мы платили налоги, пошлины и так далее. От этого наша продукция стоила дороже, чем у тех, кто обманывал государство, поставлял технику по нелегальным каналам. Сегодня стало больше порядка. Финансовые схемы более прозрачные и легальные. В результате очень много наших конкурентов просто ушло с рынка, они не были готовы работать «вбелую» — конкурировать не за счет демпинговых цен, а за счет уровня сервиса, времени поставок и так далее.

— У вас была проблема с кадрами, когда вы начали работать в России?

— Это основная проблема и тогда, и сейчас. Мы очень много времени тратим на поиск и воспитание кадров. В России есть отличные специалисты, но их не хватает. Поэтому мы постоянно обучаем специалистов как внутри компании, так и вне ее. Между прочим, российские трактористы очень быстро осваивают новую технику. Кроме того, мы часто приглашаем российских и зарубежных консультантов. Например, сейчас в «ЭкоНиваСибирь» работает консультант из Аргентины, он будет работать в Сибири два-три года.

Надо отметить, что в Сибири люди очень сильно отличаются от живущих на европейской части России. Насколько я могу судить по тем людям, которые у нас работают, сибиряки более самостоятельны, упорны. Их отличают настойчивость, инициативность, восприимчивость к новому.

— Как вы оцениваете ваш уровень сервисного обслуживания в Сибири?

— Считаю, что он на достойном уровне. Мы изначально ориентировались не только на продажу сельхозмашин, но и на сервисное обслуживание. Мы не жалеем денег на обучение сервисных инженеров. Они регулярно повышают квалификацию в обучающих центрах заводов-изготовителей техники. Круглогодично проводятся обучающие семинары для специалистов предприятий клиентов.

У нас большой запас запчастей — на всех складах «ЭкоНивы» на 700 млн рублей в закупочных ценах. Только на складе в Новосибирске 3 тыс. наименований запчастей. В прошлом году выручка от продажи запасных частей составила 200 млн рублей, а за шесть месяцев этого года — 1 млрд, только в Новосибирске — 40 млн рублей. Налицо заметный рост.

— Господин Дюрр, как вы оцениваете предпринимательский климат в России, стали ли условия в Сибири благоприятными для развития бизнеса?

— Не только я, но и мои немецкие коллеги отмечают, что условия стали более благоприятными. С «дикими» 1990-ми годами не сравнить. Теперь можно работать. Российское законодательство стало более совершенным и логичным. Не то что раньше, когда на каждый случай было три закона, и решение можно было принимать, опираясь на тот, который в данном случае выгоден. Появилась вертикаль власти. Это тоже важно. Западный предприниматель любит делать все правильно. Никто не спорит с решением правительства. Приняли закон, значит, его надо выполнять всем. Так что сейчас, несомненно, стало лучше.



Comments are closed.

Так же в номере