Главная » Спецвыпуск » ЦБ ромашки собирает...

ЦБ ромашки собирает…

О последствиях преждевременной либерализации валютных операций и открытия доступа филиалов иностранных банков на российский рынок для экономической безопасности России, а также о роли Центрального Банка в обеспечении экономического роста редактору отдела «Банки» газеты «Континент Сибирь» СЕРГЕЮ НИКИФОРОВУ рассказывает старший вице-президент РОСБАНКа, член рабочих групп президиума Госсовета РФ по проблемам развития банковского сектора и государственной промышленной политики, д.э.н. МИХАИЛ ЕРШОВ.

— Каковы ваши впечатления от работы Форума — заседаний конференции и бизнес-клуба?

— Любой подобный диалог полезен. Не так часто собираются вместе представители банковского сообщества, правительства, Банка России, международных финансовых институтов для обсуждения по-настоящему системных вопросов, от решения которых развитие банковской системы России будет зависеть на годы вперед. Это не первая встреча в таком формате, но сегодня сам уровень поднятых вопросов и достигнутая откровенность таковы, что позволяют говорить о полном понимании проблем всеми сторонами. В частности, первый заместитель председателя Центробанка Андрей Козлов, который принял активное участие в работе конференции, заметил, что ее результаты способны повлиять, например, на позицию правительства в переговорах с ВТО. Поэтому уровень ответственности участников Форума просто обязан соответствовать уровню поставленных вопросов. Мы не дискуссионный клуб, а собрание, от согласованной позиции и исходящих документов которого будут зависеть решения законодателей, правительства и ЦБ. Приятно, что сегодня все это понимают.

— Речь идет в том числе о законопроекте по либерализации валютного регулирования, уже прошедшем первое чтение в парламенте?

— Именно. Российские банкиры не перестают говорить об опасениях за свое будущее в случае принятия этого законопроекта. В частности, речь идет о статьях 14 и 16, которые позволяют российским гражданам и главное — субъектам экономических отношений в уведомительном порядке открывать счета в зарубежных банках и проводить расчеты по своим сделкам за пределами РФ. Это означает автоматический перевод в офшорный режим их операций.

— Вы же отлично знаете, что многие крупные корпорации поступают так уже давно…

— У нас разные законы нарушаются. Означает ли это, что мы должны ориентировать нашу правовую базу на нарушителей? Это привело бы просто к ликвидации правил игры — правового поля, наличие которого является одной из естественных основ государства.

У нас сейчас обеспеченность экономики ресурсами достаточно низка. Монетизация нашей экономики (агрегат М2) и так с трудом достигла 20% (в США и развитых странах — 50-70%, в Японии — больше 100%). О каком экономическом росте, о какой уплате налогов тогда мы можем говорить? Такие законы фактически переводят деятельность наших предприятий под юрисдикцию другого государства, что, очевидно, создает большие экономические и политические риски.

— Вас возмущает, что подобные законопроекты появляются без учета мнения банковского сообщества?

— В данном случае речь идет не только о банковской системе, а об экономическом росте и перспективах экономики в целом. Беда в том, что часто мы оказываемся поставленными перед фактом, поэтому приходится непрерывно объяснять инициаторам этих законопроектов, что речь в подобных случаях на самом деле идет об экономической безопасности страны.

— Экономические интересы бюрократии и страны всегда различны: первая заинтересована прежде всего в собственном воспроизводстве и вряд ли добровольно и эффективно будет заботиться об экономической безопасности государства.

— Конечно, это системный вопрос. Необходимо делать власть эффективной и налаживать обратные связи. Например, на подобных форумах и при участии СМИ. Впрочем, надеюсь, что все участники национального экономического пространства защищают одни интересы — интересы России. Именно поэтому подобные форумы возможны и происходят. Как сказал сегодня один из участников Форума, академик Виктор Ивантер, нам всем Россия симпатична, несмотря на разницу интересов.

— Каковы перспективы российских банков в процессе интеграции в мировую экономику и мировую финансовую систему?

— Хочется еще раз обратить внимание на то, что роль и значение банковской системы выходят далеко за рамки финансовых и даже экономических отношений. Контроль за финансами — стратегический вопрос, имеющий отношение к суверенитету страны. Россия, в отличие от стран Центральной и Восточной Европы, где контроль транснационального капитала над банковским сектором уже достигает 60-80%, не может идти по пути полной либерализации финансовой сферы. Дело в том, что политическое будущее этих стран давно предопределено — они становятся частью Европейского Союза, но не мы.

Если все будет идти так, как сейчас, в течение ближайших 5-10 лет мы можем потерять независимую финансовую и банковскую систему. Фактически стоит вопрос о том, нужна ли России национальная банковская система.

— Вас не смущает очевидное отсутствие у правительства и у ЦБ хотя бы среднесрочной стратегии развития? Кто способен изменить ситуацию?

— В рамках Госсовета при президенте существует достаточно авторитетная рабочая группа по выработке стратегии развития банковского сектора — «комиссия Фархутдинова», который недавно трагически погиб. Но группа продолжает работу, и все возлагают большие надежды на то, что у России эта стратегия, наконец, появится — в том числе как свидетельство национального самосознания. Важно только, чтобы эта стратегия как документ не легла впоследствии в ящик стола, а стала основой для появления документов прямого действия — законов или постановлений правительства.

В целом же необходимо формировать активную, а не пассивную экономическую политику, создавать механизмы для достижения тех целей и задач, которые ставит сегодня президент перед органами высшей государственной власти. Механизмы эти в изобилии существуют и активно используются в мире. Иначе мы, как на этом Форуме, будем собираться, говорить и расходиться.

— Каково ваше видение роли ЦБ в развитии банковской системы и экономики России в целом?

— Я убежден, что если Центральный банк будет озабочен не только курсом рубля и средним уровнем инфляции в стране, то он может и должен играть ведущую роль в решении задач по эффективному развитию российской банковской системы и ускорению роста национальной экономики в целом. Он обладает реальными возможностями для этого. Например, в условиях спада, постигшего экономику США, ее Федеральная система, имея целью реальное оживление, 13 раз снижала учетную ставку, сделав ее ниже уровня инфляции и питая экономику «дешевыми» деньгами, но добилась поставленной цели. Это и есть пример не формальной, а действительно активной политики.

Банк России располагает всеми финансовыми возможностями, достаточными для того, чтобы эффективно влиять на важнейшие национальные экономические показатели, такие как уровень деловой активности, занятости и экономического роста. Сегодня же ЦБ решает важные, но частные вопросы — как великан, способный поднимать огромные штанги, ромашки собирает… В отношении рефинансирования — это важнейшая функция, но вся система пока еще создается.

— Каково, на ваш взгляд, будущее регионального банковского бизнеса в России?

— Вы не хуже меня знаете, что большая часть финансовых ресурсов сконцентрирована в Москве, и хотя у региональных банков пока существуют некоторые естественные клиентские ниши, перспективы их развития диктуются наличием либо отсутствием государственных программ вовлечения регионов в общий экономический процесс. За исключением средств населения, местного бюджета и предприятий местной промышленности в регионах просто нет денег. Средства крупной промышленности в большинстве своем покинули регионы.

Приведу пример. Наши сравнительные наблюдения за состоянием промышленности и финансов Новосибирской области и Красноярского края показали: несмотря на то что объем промышленного производства Красноярья примерно в четыре раза превосходит объем промпроизводства Новосибирской области, по размеру активов банковская система первого меньше, чем банковская система второй.

Крупные и наиболее эффективные региональные предприятия в результате приватизации попали в состав национальных или транснациональных холдингов и работают в режиме процессинга, при котором движение большинства сырьевых и товарных потоков не сопровождается потоками финансовыми. Основные деньги таких холдингов обслуживаются преимущественно в столичных и иностранных банках и не проходят через регионы, где эти предприятия расположены. В результате при существующем законодательстве, независимо от экономического потенциала региона, его финансы часто ограничены лишь средствами населения, бюджетов и местной промышленности.

— Не кажется ли вам нынешняя участь лишенных финансовых ресурсов региональных банков в банковской системе России аналогичной возможной участи России и ее банковской системы в случае либерализации валютного регулирования и интеграции в мировую финансовую систему?

— Вся банковская система России по своим размерам меньше активов любого из крупных международных банков. Так что, если мы хотим равноправной конкуренции, нужно создавать конкретные механизмы для достижения этой цели. На уровне как законодательных, так и правительственных решений. Это и есть ответ на вопрос о перспективах как региональных, так и национальной финансовых систем. Страна — это совокупность регионов, и сто частных примеров просто дают другой более крупный пример. Так что судьба банковской системы одного региона ничем не отличается от судьбы национальной банковской системы в мире.

Опыт развитых стран показал, что полная либерализация валютного регулирования возможна лишь на последнем этапе строительства собственной финансовой системы государства в случае, если целью является сохранение национальной банковской системы. В противном случае финансовая самостоятельность неизбежно будет утрачена, как это наглядно показала сравнительно короткая новейшая история стран Восточной Европы.

— Ключевым вопросом является создание справедливых условий конкуренции?

— Да.

— Есть ли у государства экономические рычаги, чтобы эти условия создать?

— Безусловно. Например, система полномасштабных государственных гарантий. Экономический рост в масштабах, которые необходимы России, просто невозможен в случае полностью пассивной государственной политики. Надо лишь выбрать приоритеты, и нужна политическая воля, для того чтобы их добиться. Примеры активной экономической политики неоднократно давали США, которые, например, выбрав экономический рост в качестве приоритета, в условиях неконкурентоспособности собственных производителей выпустили госгарантий на триллион долларов и пошли на беспрецедентный дефицит бюджета для защиты национальных интересов. Или Япония, сумевшая не без участия государства преодолеть послевоенную разруху и стать второй по масштабам экономики страной в мире. Примеров в мировой практике достаточно. Надо просто использовать мировой опыт и создавать соответствующие механизмы. Тогда и деньги будут оставаться в регионах, и российские банки смогут развивать свой бизнес в условиях справедливой конкуренции с зарубежными.

— Удовлетворены ли вы рекомендациями законодателям, правительству и Банку России итогового документа Форума?

— Этот документ требует серьезной доработки, поскольку его рекомендации обходят стороной принципиальные вещи, которые банковским сообществом уже были сформулированы. Речь идет, в частности, о необходимости создания справедливых условий конкуренции при либерализации валютного регулирования, о недопустимости трансграничных операций на современном этапе развития российской экономики, об обязательных формах работы иностранных банков на российском рынке исключительно в форме российского юридического лица, подчиняющегося российскому законодательству и нормам регулирования, установленным Банком России.

Сергей НИКИФОРОВ


Comments are closed.

Так же в номере