Главная » Спецвыпуск » "It's a matter of trust"

«It’s a matter of trust»

Крупные нефтяные компании (НК) всегда выступали в роли «голубых фишек» и локомотива всего рынка. И если до истории с ЮКОСом казалось, что заработать на них — это лишь вопрос времени, сегодня у потенциальных инвесторов возникает много вопросов и сомнений. Корреспондент «КС» ВЛАДИМИР КОМАРОВ встретился с руководителем аналитического отдела компании «Брокеркредитсервис» МАКСИМОМ ШЕИНЫМ и побеседовал с ним о фондовых перспективах российских нефтяных компаний.

Фото Аркадия УВАРОВА

— Какие российские НК торгуют своими акциями на фондовом рынке?

— Практически все крупнейшие НК, за исключением ТНК-ВР, которая по каким-то своим соображением не желает, чтобы число ее акционеров было большим и некий процент уставного капитала свободно обращался на рынке. «Сибнефть» также не выпускает на рынок больше 7% своих акций. Это крайне мало для мировых компаний, у которых количество акций, находящихся в свободном обращении, — десятки процентов.

— С какими рисками сталкиваются люди, владеющие акциями российских НК?

— Единственный риск — изменение стоимости акций. Чем больше колеблется стоимость акций, тем больше риск по ним. Факторов, определяющих рыночную стоимость и направление ее движения, множество. Например, после того как дочерняя компания ЛУКОЙЛа — «Ритек» — заявила, что может увеличить прогнозы по темпам роста добычи с 23% до 27%, ее акции пошли вверх. Наоборот, заявление государства об отсрочке сроков продажи госпакета ЛУКОЙЛа привело к снижению котировок. Но в целом есть статистическая закономерность: чем на больший срок вы инвестируете, тем больше вероятность, что доходность по акциям превзойдет доходность по государственным облигациям, считающимся наиболее надежными фондовыми вложениями. Доходность российского фондового рынка почти 21% в год, а мера риска — 46% в год. То есть вероятность того, что в течение года инвестор заработает больше нуля, составляет около 60%. За десять лет вероятность увеличится до 80%, а за 25 лет превысит 90%.

— Миноритарные акционеры ЮКОСа переживают непростые времена. Что бы вы им посоветовали?

— Как говорят в Англии, it’s a matter of trust — все зависит от уверенности акционера в том, как будет развиваться ситуация вокруг ЮКОСа. Если он разделяет мнение экспертов, ожидающих банкротства компании, нужно продавать акции и как можно скорее, поскольку после банкротства ничего не достанется. Если же акционер согласен с мнением, что МНС и судебные приставы продадут только «Юганскнефтегаз», то тогда компания будет стоить столько, сколько она должна стоить без «Юганскнефтегаза». Предположительно, это от $3 до $5 за акцию, в зависимости от того, какие еще налоговые требования МНС выставит к ЮКОСу — рынок всегда закладывает в цену акций некоторые ожидания. Напомним, что в свои лучшие дни акции ЮКОСа стоили $15, а сегодня — $3.

— Как вы оцениваете перспективы других НК?

— Крупные российские НК делятся на две большие группы. Первая — компании, образованные «нефтяными генералами», людьми, бывшими приближенными к ТЭКу и соответствующим министерствам еще в советское время. К этой группе относятся ЛУКОЙЛ, «Сургутнефтегаз», «Татнефть». Вторая группа — компании, акции которых были скуплены финансистами (ЮКОС, «Сибнефть»). Методы ведения добычи и взаимоотношения с государством у этих компаний разные.

ЛУКОЙЛ активно поддерживает имидж представителя российских нефтяных интересов за рубежом. Около трети его активов находится за пределами России, и государство очень лояльно относится к компании.

«Сургутнефтегаз» — это компания одного человека, — ее генерального директора Владимира Богданова, она не идет ни на какие альянсы и неохотно платит дивиденды. Но несмотря на то, что ее добыча замкнута в рамках одного региона, это весьма эффективная компания. Последовательность и логичность вложений в капитальное и разведочное бурение позволяет ей поддерживать самые стабильные темпы роста добычи — 10%.

«Сибнефти» достались самые лучшие активы из российской «нефтянки», в том числе Омский НПЗ. Благодаря грамотному менеджменту и значительным инвестициям в повышение отдачи пластов («Сибнефть» вместе с ЮКОСом первыми начали привлекать иностранные компании Hallyberton и Shlumberge) «Сибнефть» показывает высокие темпы роста добычи.

ЮКОС обладает хорошими действующими месторождениями. За счет повышения эффективности отдачи пластов и дополнительного бурения компания смогла существенно повысить суммарную добычу. Однако отсутствие инвестиций в геологоразведку и разработку новых месторождений приводит к тому, что темпы роста добычи начинают снижаться.

«Татнефть» — типичная локальная компания, существующая на единственном крупном, но находящемся на стадии полной выработки Ромашкинском месторождении. Компания достраивает Нижнекамский НПЗ (сегодня на нем перерабатывается лишь 5,5 млн тонн нефти в год). Перспективы «Татнефти» наиболее скромные по сравнению с другими НК.

Самой интересной и перспективной компанией на данный момент является ЛУКОЙЛ. Рыночная капитализация составляет $22 млрд, «Сургутнефтегаз» стоит $23 млрд, при этом добыча «Сургута» — 50 млн тонн в год, а у ЛУКОЙЛа — чуть больше 80 млн, что делает ее более привлекательной с точки зрения фондового рынка. К тому же ЛУКОЙЛ — единственная компания, инвестирующая в разведку на новых месторождениях. «Роснефть» также проводит разведку, но предпочитает делать это за счет иностранных компаний, с которыми она вступает в альянсы. Так происходит на Сахалине (проекты Сахалин-1, 3 и 5) и Ванкорском месторождении, где усилиями Total достигнуты большие успехи — начало промышленной добычи перенесено с 2008-го на 2007 год. «Роснефть» — компания государственная, но акции ее дочерних компаний торгуются на бирже. Они весьма интересны, однако обладают низкой ликвидностью, и самой привлекательной является «Роснефть-Сахалинморнефтегаз».

Владимир КОМАРОВ


Comments are closed.

Так же в номере